«Парогенератор я взяла в кредит, — говорит Ольга, — с функцией всасывания, моя прелесссть! Когда первый хозяин увидел его в действии, выкупил и подарил мне. И да, у нас ничего не было, конечно, не спать с хозяевами – это мой основной принцип», — говорит Ольга, но она врет.
Ольга не владелица клинингового агентства, она сама по себе – клининговое агентство. Работает одна. В помощницах разочаровалась, доверять никому нельзя. «Хочешь сделать хорошо – делай сама», — говорит Ольга. Чтобы попасть к Ольге в клиенты, нужно постараться. Она занята каждый день, на год вперед, но иногда позволяет себе «вклеить» в график человека, показавшегося ей интересным. Например, известную актрису самарского театра.
«Я всегда интересовалась театром, — говорит Ольга, — актеры казались мне небожителями. Присмотрелась — ничего особенного, еще и злые как собаки, тьфу!» Впрочем, злиться на Ольгу у актрисы был существенный повод – именно с её мужем и случился контрафактный роман, чуть не стоивший Ольге карьеры. Ольга блистала, хохотала, возносилась на качелях любви к распахнувшимся новым небесам, а актриса плакала по подъездам, карауля своего неверного супруга, а потом как-то так устроила, что неверный супруг обнаружил себя в квартире своей полубезумной матери, без денег и без ничего, в честь этого открытия он поколотил Ольгу черенком от её же швабры, так всё и закончилось. «Никогда больше, — клянется Ольга, — к чертям собачьим!» И снова хвалит парогенератор.
Двадцать лет подряд Ольга Казанцева к восьми утра заступала на смену, рабочий день инженера-программиста на АвтоВАЗе продолжался до пяти вечера, фиксированный обеденный перерыв, но с территории завода выходить бессмысленно; неторопливо прогуливалась с коллегами до столовой ИТР, где первые пятнадцать минут обязательно передавались новости о том, какую еду сегодня подают рабочим, и всегда у рабочих было наряднее.
Четыре года назад попала под сокращение штата, сейчас переживает, что не ушла по соглашению сторон в самом начале, получила бы денег, в самом начале платили по-честному, зарплату за три месяца, а так все равно уволили, и её, и мужа – из научно-технического центра ВАЗ. Минус две зарплаты, плюс двое детей-подростков, арифметика выходила грустноватая. К тому же муж немедленно впал в традиционную русскую хандру, которую принялся лечить не менее традиционным способом, Ольга вышла на рынок, торговать розовыми помидорами, стручковой фасолью и тверденькими огурцами. Тольяттинцы вяло интересовались регионом произрастания, придирчиво следили за показаниями весов, нередко возникали скандалы, один раз рыхлая противная баба ловко подбила Ольгин глаз недостаточно упругим с ее точки зрения баклажаном. Тут её судьба сделала очередной крутой поворот, подославши Славика.
Славик был водителем на доверии, возникал ежедневно, около одиннадцати утра, закупая по списку фрукты-овощи. Ассортимент иногда менялся, но сумму он тратил порядочную, особенное внимание уделяя зелени – зеленый базилик, красный базилик, кинза, укроп, петрушка, листья салата такого, листья салата эдакого. В один из дней Славик выглядел неожиданно озабоченным и даже удрученным. Ольга, выказывая готовность приветить постоянного покупателя, осведомилась о причинах. Славик поставил на выщербленный асфальт полные сумки и рассказал, что ужасно проштрафился перед боссом, потому что нанятая им уборщица расколотила ценные предметы посуды и украла миниатюрную германскую чеснокодавку, а сегодня прием и нужно чистить унитазы и серебро буквально в четыре руки.
Движимая желанием заработать побольше к началу учебного года детей-подростков (каждому по костюму, плюс канцелярские товары, плюс рюкзаки, плюс обувь, форма для физры и до бесконечности, включая наушники для телефонов, утерянные еще в начале весны), Ольга предложила свои услуги. Разово. Уже на следующей неделе она трудилась у состоятельного тольяттинского бизнесмена на постоянной основе. Парогенератор оплатил он, наслаждаясь обретенной чистотой и невиданной ранее свежестью воздуха. Бизнесмен рекомендовал Ольгу своему деловому партнеру в Самаре, а у того нашлась сестра, хозяйка маленького ресторана, никак не успевающая смотреть за домом.
Теперь у Казанцевой неделя расписана следующим образом: в понедельник она выходит к одинокой владелице сети автосервисов, во вторник – к вдове знаменитого в прошлом бандита, в среду — тот самый бизнесмен (автор парогенератора), в четверг — многодетная семья настоятеля местного храма, а в пятницу Ольга наводит чистоту в особняке крупного государственного чиновника.
Владелица автосервисов предоставила Ольге в безвозмездную арену автомобиль. Вдова бандита делится с Ольгой секретами красоты: к примеру, использовать для депиляции ног валенки грубого войлока, теперь Ольга и валенки практически не расстаются в домашних интерьерах. Бизнесмен по средам — вообще Ольгин любимый клиент, покончив с делами, она всегда принимает приглашение его жены выпить кофе, и вот, отхлебывая из маленьких толстеньких чашек, женщины отдыхают от забот. Бизнесмен настаивает на частой смене постельного белья, так что Ольге забот хватает, а хозяйка дома тоже очень устает, таская выводок своих лабрадоров на собачьи выставки разного уровня. «И я мирюсь, — говорит Ольга, что у семьи есть бассейн, это дополнительные хлопоты, вызывать чистильщика, закупать профессиональные средства для мытья поверхностей, дезинфекции и окрашивания воды». Жена бизнесмена методично доливает кофе коньяком, а Ольга – нет, знает границы. К кофе подается модный десерт сезона.
С батюшкой отношения сложились не очень, и Ольга рассматривает вариант исключить его из премьерного списка, заменив на одного из топ-менеджеров когда-то родного завода. Жадноват батюшка, не скрывает Ольга, и матушка хитровата, и всегда у них вертятся какие-то прихожане, готовые за просто так, за батюшкино благословение прибраться в горнице и понянчить шестерых русоволосых детей. «Такие, — говорит Ольга, — оборотистые, на дворе великий пост, а они креветок едят, крабов и все такое, в духе: господь ничего такого про морских гадов не сказал, что их нельзя».
Государственный чиновник уставил свой немаленький участок скульптурами из мрамора и других природных материалов, за статуями ухаживать довольно просто, говорит Ольга, никаких агрессивных сред, только нежная пена, только мягкая ветошь. «Сад у него террасами спускается к Волге, — вспоминает Ольга, — на самом верху – дом, чуть ниже – гостевой дом, а потом цветы, фруктовые деревья и собственный пляж». А вот садовником чиновник не доволен, подыскивает нового, не такого ленивого, как текущий, у вас нет на примете добросовестного?
У меня нет, качаю головой я.
«Профессионал никогда не купит готовой швабры, — говорит Ольга, — швабра собирается как конструктор, как пазл. Мопы крепятся к флаудерам. Флаудер держателем соединяется с телескопическим шестом. Для «шубок» — свои держатели. Шубкой наносят чистящее средство на гладкие поверхности типа стекла или кафель, потом снимают сгоном, сквиджем или стяжкой-склизом, кому как нравится». Ольга выбирает стяжку-склиз и плоский моп.
«Настоящий фирменный моп дает усадку после первой стирки — это нормально и, более того, является одним из главных признаков, по которому вы сможете отличить подделку от качественной продукции», — говорит Ольга. После стирки моп улучшает свои характеристики за счет удаления с него масляного покрытия, необходимого для безопасного хранения и транспортировки. Моп начинает лучше впитывать влагу, становится более прочным. «При желании можно заказать изделие, уже прошедшее первую стирку, — говорит Ольга, — я так и делаю».
Мопы бывают разными, в зависимости от характера уборки и степени загрязнения поверхности. Моп «Кентукки» притворяется матросской веревочной шваброй. Почему он называется «Кентукки», никто не знает. Может быть, кентуккийские негры увлекаются матросскими швабрами? Но для «Кентукки» нужен особый держатель, это важно. Ольга улыбается.
Моп Smart Loop применим как при сухой уборке, так и при влажной. «Если пол имеет выбоины, небольшие углубления и трещинки, то данный моп то, что нужно — структура его поверхности оптимизирована для вычищения грязи именно из таких мест», — говорит Ольга с любовью.
Советует для сильно загрязненных помещений использовать моп из микрофибры с абразивными вставками, ведро лучше взять емкостью 20 литров, с отжимом и лучше на колесах, и для мойки окон — тоже на колесах, это гораздо удобнее.
Ольга говорит, что зарабатывает порядка ста пятидесяти тысяч рублей в месяц, дети-подростки в настоящий момент учат английский на Мальте, а муж так и не вышел из состояния клинической депрессии и с переменным успехом лечится в клинике неврозов при самарской психиатрической лечебнице. Ольга счастлива. «Верите? Впервые в жизни», — снова улыбается она, и я ей верю, верю.
Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»
