«Меня на улицу выгонят?»

Бывший заключенный в Самаре пытается отобрать у семьи с ребенком-инвалидом квартиру

 694

Автор: Юлия Сацук

.


,

Долгие года семья Харитоновых провела в очередях на получение квартиры. Всё это время вместе с ребёнком-инвалидом жили в комнате общежития, совершенно не приспособленной для колясочника.

В 2017 году жизнь изменилась. Получили квартиру на первом этаже, сделали ремонт, приватизировали жилье, а в конце 2021 получили повестку в суд. Бывший жилец квартиры вышел из колонии и решил вернуть себе жилье.

Корреспондент ДГ Юлия Сацук поговорила с юристами и узнала, как семья пытается отстоять свои права в суде. 

Повестка в суд

16 лет назад в семье Харитоновых родилась девочка. Вскоре у нее обнаружилось заболевание, была установлена инвалидность. Ребенком занимались с рождения, она проходила реабилитацию в Самаре и Москве и сейчас может передвигаться на инвалидной коляске. Но для этого необходима среда, которой изначально у семьи не было.

До получения квартиры семья жила в общежитии, на третьем этаже без лифта. Для семьи с ребенком-колясочником дом без лифта — настоящее испытание, которое приходилось выдерживать много лет, пока семья стояла в очереди на улучшение жилищных условий.

Наконец, жилье  признали непригодным для ребенка, и департамент имущественных отношений принял решение выделить семье квартиру по договору социального найма

Семья Харитоновых получила повестку в декабре 2021 года. В ней говорилось, что иск подан от имени освобождённого из мест лишения свободы 45-летнего гражданина, который хочет получить «свою» квартиру обратно. 

«Когда нам дали квартиру, никаких обременений не было. Когда пришла прописаться, ничего не говорили. В 2019 году я ее приватизировала и мне не говорили ничего о том, что в ней проживал какой-то человек, который находится в местах лишения свободы, и что он вернется», — рассказывает Светлана Харитонова.

По рассказам Светланы, когда она получили квартиру, та была в ужасном состоянии. Больших усилий и средств стоило привести жильё в порядок и сделать его удобным для ребёнка-инвалида. 

— Мы меняли полностью все: в квартире ничего не было, а что было — старое и разрушенное. На капитальный ремонт у нас ушло два года, за которые мы заменили все коммуникаций, полы, электрику, обновили везде штукатурку. Только бетонные конструкции были в нормальном состоянии. И даже когда мы переехали, продолжали делать ремонт. В итоге на него ушло около миллиона рублей.

Без прав на квартиру

После получения повестки Харитоновы обратились в адвокатское бюро «РБЛ», оно взяло на себя судебный процесс на благотворительной основе. Делом занялась юрист организации — Екатерина Черкасова. На предварительные слушания они пришли вместе, но истца не встретили. Его интересы в суде представляли юристы. Там же были представители департамента управления имуществом, которые стали вторыми ответчиками.

«Мы узнали, что с 2004 года он не был прописан в квартире. Он несколько раз выходил из колонии и обратно туда попадал за сбыт наркотиков. За квартирой не ухаживал, не платил коммуналку. Я думаю, на этом основании ее и могли отобрать. Также мне кажется странным, что из колонии в последний раз он вышел он в конце 2020. Но в суд подал только в конце 2021 года. Где он был целый год, думал?» — говорит Светлана Харитонова.

Защищающаяся сторона узнала из документов, что у истца не было права собственности, квартира находилась в муниципальной собственности все время, пока ее не приватизировала семья Харитоновых.

Но представители истца во время слушаний утверждали, что он когда проживал вместе с матерью и сестрой в этой квартире и был в ней зарегистрирован. 

«На каких основаниях он проживал? С кем из его родственников был договор социального найма? Мы пока не знаем, на каких основаниях он был когда-то зарегистрирован. Почему он хотел или не хотел регистрироваться снова, это мы можем только предполагать. Но никаких доказательств того, что он имеет право на вселение в эту квартиру, у нас нет. И соответственно, наша позиция такая — квартира была предоставлена Светлане законно, и права истца не были нарушены. Поэтому мы просим суд отказать в иске», — пояснила Екатерина Черкасова.

Требования от бывшего заключённого

Во время слушаний представители истца предложили мировое соглашение. Адвокат семьи пояснила, что тут совершенно понятая логика.

«Он хочет разрешить ситуацию, то есть «найти жилье». Видимо, они таким образом хотят избежать длительного ожидания в очереди на основании того, что он имеет какие-то «права» на эту квартиру.  Но в данном случае, на мой взгляд, это нарушает права наших клиентов.

Возможность такого мирового соглашения под вопросом, потому что есть установленные законом процедуры. Есть порядок предоставления жилого помещения и в очередном порядке, и вне очереди. И не очень понятно, что здесь может предложить департамент», — рассказала юрист.

Позиция департамента управления имуществом не сформирована. На судебном заседании юрист ведомства уточнил, что департамент не согласен с иском, но подробной письменной позиции пока нет.

«Бывают ситуации, когда по суду люди расприватизировали квартиры. Если его признают не утратившим права на квартиру, может, департамент выделит ему квартиру. Как они собираются этот вопрос решать — не понятно. Меня на улицу выгонят? А заплатит ли он в таком случае за ремонт? И если все эти годы квартира была его, то может он и возместит деньги за оплату всех счетов?» — говорит Светлана Харитонова.

Светлана и Екатерина оставили свои контакты департаменту и представителям истца, но никаких комментариев с их сторон не получили. Хотя заявили, что готовы к диалогу и обсуждениям.

Также нет ответов от прокуратуры и следственного комитета, куда о ситуации написала Светлана.

В чем особенность дела

Такое разбирательство нельзя назвать частным случаем, но есть нюансы, о которых рассказала юрист семьи Харитоновых:

— Дело в том, что до 2015 года человека, который отбывал в места лишения свободы, снимали с постоянного регистрационного учета по месту жительства. Соответственно, он не был зарегистрирован в квартире. С 2015 года закон изменился. Если человек отбывает наказание в местах лишения свободы, то он остается зарегистрированным в квартире. Несовершенство законодательства в том, что если человек находился в местах лишения свободы ранее, то на практике можно не увидеть вообще, что он есть в этой квартире.

С 2015 года законодательство защищает права тех, кто находился  в местах лишения свободы. Это закреплено в Федеральном законе № 525-ФЗ «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации».

На основании закона осужденного нельзя лишить того жилого помещения, в котором он проживал. До принятия закона администрация исправительного учреждения не могла поставить заключенного на учет по месту пребывания. Поэтому требовалось снять его с учета по месту жительства. 

Но заключенные сталкивались с проблемами по возвращении из мест лишения свободы. Вместе с регистрацией осужденные теряли жилье, полученное по договору социального найма. 

В итоге после 2015 года осужденных к лишению свободы и принудительным работам начали регистрировать в местах заключения, не снимая с регистрации по месту жительства.

«Особенность именно нашей ситуации в том, что у нас истец выходил из мест лишения свободы, у него были перерывы, но по каким-то причинам он не регистрировался в этой квартире и проживал в каком-то другом месте. Где он проживал? Доказательств его фактического проживания в этой квартире — нет. Соответственно, претензии истца на квартиру являются необоснованными. С нашими же клиентами договор социального найма был заключен на законных основаниях. Впоследствии на абсолютно законных основаниях они приватизировали квартиру.

В процедурах никаких нарушений допущено не было. Истец утверждает, что он нуждается в жилом помещении, но, на наш взгляд, это дает ему только право обратиться в департамент, встать в общем порядке в очередь и получить жилое помещение. Но никак не вселиться в ту квартиру, которая на законных основаниях была предоставлена семье наших клиентов и находится уже в их собственности», — пояснила Екатерина Черкасова.

Она также же рассказала, что практика бывает разная. И чаще всего в подобных делах департамент обращается в суд, чтобы доказать, что вышедшему из мест лишения свободы не нужно больше жилье соцнайма. Такие случаи не редкость, потому что бывшие заключенные переезжают к своим родственникам или уезжают жить на новое место.

«Это дело нельзя назвать однозначным, эмоционально оно очень болезненное для семьи с ребенком-инвалидом и еще одним  несовершеннолетним ребенком, у которых нет другого жилого помещения», — пояснила юрист. 

В суде сторона ответчиков заявила, что семья сделала ремонт в квартире полностью за свой счет. И если решение суда будет не в их пользу, остается открытым вопрос реальности возмещения им этих расходов. 

«Возмещение маловероятно и это тоже нарушает их права. Также хочу отметить, что семья использовала право приватизации, которое используется единожды в жизни. Если истец выиграет, то права Харитоновых будут очень серьезно затронуты», — Екатерина Черкасова.

Следующее заседание суда состоится 15 февраля. ДГ будет следить за развитием дела. 

Фото отсюда.

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»ВКонтактеFacebookInstagram и Twitter