САМАРА 2.0

Две штуки в одни руки: самарцы о дефиците и жизни по талонам

 1 429

Автор: Редакция

Продолжая проект «Самара 2.0″, добрались до важной и интересной темы — талонов. В материале самарцы вспоминают о временах, когда полки были пустые и урвать курицу можно было, отстояв очередь длиною в жизнь. А ещё рассказывают, как можно было выкручиваться и доставать товары, которые простым смертным были недоступны.

Тему с тотальным дефицитом товаров и продуктов власти решали простым способом: вводили талоны. Эти бумажные квадратики регламентировали продажу в одни руки определённой товарной нормы. Например, честному советскому гражданину полагалась в месяц 1 бутылка водки, полкило колбасы, килограмм сахара, 300 граммов макарон, 400 граммов крупы, 1 пачка стирального порошка, 5 коробков спичек, 1 кусок туалетного мыла, ну и так далее. Причём самое интересное, что даже по талонам обеспечить продукцией граждан магазины не могли.

Помню, как свекровь, имеющая разветвлённую шпионскую сеть, позвонила мне и взволнованным голосом сообщила, что на Металлурге в промтоварном выкинули мыло «Fa» по 50 копеек, надо срочно ехать, отоваривать двадцать талонов. Через весь город она помчалась за мылом, потом пару-тройку часов толкалась в очереди таких же страждущих, а потом победно вернулась домой, благоухая отвратительным синтетическим запахом. Если появлялась информация о том, что где-то «выкинули товар» (тогда пользовались именно такой терминологией), толпа оголодавших от советского дефицита людей бросала всё и устремлялась туда.

Очередь за мясом
Очередь за мясом

В ЦУМе «Самара», одном из самых главных торговых центров города, на первом этаже располагался  большой продуктовый магазин. Туда чаще, чем в другие магазины, завозили продукты. Поэтому там всегда дежурили агенты из окрестных бабок, которые занимали очередь для своих. И вот как-то раз, придя туда с годовалой дочкой, я удивительным образом попала к раздаче кур. Возле прилавка тут же образовалась очередь человек в двести. Но это разве цифра?! Вы не видели очередей, хвосты которых заканчивались на улице. Куры были прекрасны сами по себе: синюшное тельце, свисающая голова с унылым гребешком и остекленевшими глазами, белые кожистые лапы. Советские куры никто не вспарывал, и они приходили к вам со всей требухой, из которой полагалось варить суп.

Как только началась торговля курами, всем объявили, что дают только по 2 птицы в одни руки. У меня на руках годовалая дочка, а впереди трепещущая очередь только с одним вопросом: достанется или нет. И вдруг — о чудо! — какая-то милосердная женщина берёт меня за руку, подводит к прилавку и говорит продавцу: «Отпустите без очереди». И люди почему-то не возмущаются, и я, как сомнамбула от нахлынувшего счастья, беру этих куриц и иду домой. Именно с тех самых пор я могу приготовить не менее 4 полноценных блюд из одной курицы, чтобы хватило на 2-3 дня.

Память подбрасывает десятки историй, потому что добывание продуктов и вещей было одним из важных смыслов того времени. Вот несколько фрагментов из прошлого, которыми поделились мои добрые знакомые.

Очередь за сахаром
Очередь за сахаром

Олег Айдаров, оператор, журналист, писатель: «Трудился я ночным сторожем в продуктовом магазине. Книги читал, стихи писал. И продолжалась эта идиллия до тех пор, пока я не пригласил в гости одного приятеля. После трёх стаканов пива он критически осмотрел мешки сахара, коробки с конфетами и прочий товар в подсобке и сказал: «Вот ты на дефиците сидишь, а живёшь впроголодь». С этими словами он взял со стола нож и с размаха вонзил его в мешок с сахаром, подставил под ручку полиэтиленовый пакет и кулаками прописал серию ударов по мешку. Через небольшую полость из пятидесятикилограммового мешка в пакет заструился сахар. «Тряси граммов сто-двести с каждого мешка. Будешь жадничать, спалишься», — предупредил товарищ.

Понаблюдав, как каждый вечер директор магазина и товарищи грузят в машины мужей полные сумки жратвы, я понял, что если от многого отнять немножко, будет не кража, а делёжка.

Таким образом, с работы я обычно выносил 1-2 килограмма сахара и столько же шоколадных конфет. По талонам граждане тогда могли купить в месяц один килограмм сахара и 150 граммов конфет. Обычно карамелек. Шоколадные продавцы в продажу выкладывали редко. Угрызения совести прекратились быстро. Понаблюдав, как каждый вечер директор магазина и товарищи грузят в машины мужей полные сумки жратвы, я понял, что если от многого отнять немножко, будет не кража, а делёжка. В обход талонов там затаривались и многочисленные друзья, и знакомые директора. Одна из таких подружек удивила не только меня, но и директрису и её зама, которая задержалась допоздна. «Маша, ты мне килограмм «Каракумов» взвесь, полкило «Мишки на Севере», кило «Маски, — перечисляла посетительница. А когда ассортимент, потребности и фантазия иссякли, неожиданно для всех открыла кошелёк, достала оттуда талон на кондитерские изделия и протянула директрисе. — И это, «Барбариса», что ли, взвесь как положено – 150 граммов». — «Наташа, ты чего?! – округлила глаза директриса, — я тебе этого «Барбариса» хоть полную сумку насыплю!» — «Да не нужен он мне, — отпарировала посетительница, — но надо же талон отоварить, а то пропадет». Так и вышла отоваренная – полные сумки колбасы, мыла, спичек, шоколадных конфет и где-то там, среди всего этого богатства, маленький пакетик сосачек».

Василий Лямин, журналист: «Талоны были на всё: водку, мыло, лампочки, крупы, сигареты… Причём на эти и другие товары приходилось охотиться. Например, если в Шанхай (дом напротив Дворца спорта) привозили бутылочное пиво, то машина не успевала разгрузиться до прилавка, разбирали всё. Сначала знакомым, потом, если останется, то обычным гражданам. До сих пор  помню, как летом года так 1986-87 я стоял в очереди за мукой в Шанхае. Конец очереди был в скверике напротив магазина. Факт.

Особая история была с сигаретами. Летом 1990 года разразился странный кризис — они пропали из продажи. Я на практике работал помощником машиниста на электропоездах. На каждой конечной станции к нам подходила пара-тройка мужиков с просьбой пробежаться по пустым вагонам, чтобы собрать бычки. После этого на рынках появилось много продавцов табака в пол-литровых банках».

Сергей Тюменцев, журналист: «Помню, подрабатывал в универсаме в 14-м микрорайоне, в частном прокате видеокассет. Под точку оборудовали запасной выход с торца. Поэтому я имел доступ в святая святых — за прилавок и в служебную мини-столовую. Так вот, аккурат по четвергам завозились сосиски, но в продажу они не поступали. В этот день наш пункт проката превращался в дополнительный чёрный ход для всех, кто говорил мне заветные слова: «Мы к Тамаре Георгиевне…» Продавщицы, естественно, тоже затоваривались в служебной столовке, где стояли новенькие не врущие электронные весы. Естественно, и заведующая, и продавщицы довольно быстро ко мне прониклись и держали за своего. А уж как радовались домашние, когда я притаскивал килограмм, а то и пару свежих сосисок, да ещё без талонов!»

Очередь за водкой
Очередь за водкой

Аля Шарипова, тестировщик: «Мы жили над гастрономом, и я с балкона видела, как что-то подвозили и как начинал стягиваться народ с окрестностей. С тех пор я люто ненавижу очереди, всячески стараюсь их избегать, но в любой очереди я при этом могу оказаться самым терпеливым человеком. Товары в наш гастроном завозили ограниченно. Были очереди в каждый отдел: в мясной, с конфетами… Отдельная очередь в кассу. Кассы всегда находились в зале, а не в отделах. Это была специальная железная клетка с окошком, в котором стояла тарелочка. Я, кстати, не помню, карточки вырезали сами или это делали продавцы? Самой приятной частью было получение товара. Виртуозное скручивание кулька из бумаги для конфет «подушечек», тоненький кружочек колбасы, который отрезали ребёнку сверх нормы. Может, это делали только для меня, я не знаю. И, наконец, чувство облегчения от выхода из магазина, в котором провел 2-3 часа минимум. Позже талонами я игралась, так как не все были погашены. Недавно я пыталась найти в Интернете примеры куйбышевских и даже самарских талонов. Мне удалось только на «Авито» увидеть талоны на бензин, о которых ничего не знаю, конечно. А вот обычные исчезли, как будто их не было вовсе. Хотя у деда моего ещё года два назад я видела талонные сигареты фееричных марок, несмотря на то, что он даже не курил. Тогда отоваривали всё, чтобы меняться: водку на конфеты, сигареты — на мыло. Водка вообще была валютой, которой оплачивались сантехуслуги».

Для того, чтобы получить эти особенные талоны, надо было подать заявление в ЗАГС. Что мы и делали. В нашей группе в политехе даже график был, когда и кто с кем подаёт заявления.

Вероника Севостьянова, писатель: «Самые крутые товары по талонам можно было приобрести в Салоне для новобрачных, который располагался на Полевой, прямо под Дворцом бракосочетания. Для того, чтобы получить эти особенные талоны, надо было подать заявление в ЗАГС. Что мы и делали. В нашей группе в политехе даже график был, когда и кто с кем подаёт заявления. Потом мы шли в магазин и выбирали. На эти талоны можно было купить всё: от трусов до костюмов и от конфет до водки. Потом мы честно междусобойно делили закупленное. Главное было в том, чтобы не забыть потом отозвать заявление из ЗАГСа, иначе ты попадал в «черный список».

Талоны в Самаре были отменены в 1992 году. Автором этого решения был Владимир Петрович Братчиков, который на тот момент трудился заместителем мэра Самары Олега Сысуева по торговле, общественному питанию, сельскому хозяйству и бытовому обслуживанию населения.

Владимир Братчиков: «Талонная система нас душила. Это же была целая история. Надо было напечатать талоны, раздать их по ЖЭУ, где люди их могли получить, но главное, обеспечить товаром каждый талон. Катастрофически не хватало сахара. Я помню, как ездил в Белгородскую область на сахарный завод выбивать поставки, даже в Китае был с этой же темой. Проводим совещание с директорами предприятий, производящих продовольственную продукцию. Спрашиваю у директора ликеро-водочного завода Николая Мазалова: «Почему талоны водкой не закрываешь?» Он мне: «Нету, не хватает». Спрашиваю у директора табачной фабрики. Абсолютно такой же ответ. В этот момент я понял, что ситуация не исправится, а только усугубляться будет, если не отменить талоны.

Тогда у многих в голове не укладывалось, как это — отменить талоны? Значит, людям вообще есть будет нечего?

Прихожу я со своим планом действий к Олегу Сысуеву. Он мне: «Ты с ума сошёл?» Понимаете, тогда у многих в голове не укладывалось, как это — отменить талоны? Значит, людям вообще есть будет нечего? Моя идея с самого начала не встретила понимания ни у кого. Депутаты горсовета рвали меня на части, Фаина Юрина кричала: «Как мы будем жить без талонов?! Это невозможно!» Заместитель губернатора Юрий Логойдо, к которому Олег Сысуев меня отправил посоветоваться, тоже был в недоумении. Но я сказал: дайте мне ровно 2 недели, и я за это время полностью стабилизирую обстановку в городе. Хорошо, что тогда Сысуев мне поверил. Решение было принято.

Самара самой первой в стране отменила талонную систему. Мы разрешили торговлю алкоголем и сигаретами 24 часа в сутки. Через 10 дней ко мне приходит Мазалов и спрашивает: «Куда мне водку девать? У меня склад затоварен». Дефицит сахара исчез ещё раньше. Понимаете, в чём штука: у всех были такие запасы сахара и водки, что покупать их было незачем. А в Ульяновске талонная система продержалась еще 5 лет, и они к нам ездили за продуктами, потому что в Самаре было уже сыто».

Удивительный факт, но в семьях многих самарцев до сих пор хранятся товары, купленные по талонам. Героиней таких историй, конечно же, является водка: зелёная чебурашка «Русской» или прозрачная поллитровка «Пшеничной» с крышкой-закаткой. Многие этот факт комментируют просто: «Рука не поднимается открыть».

Текст: Анастасия Кнор, фото отсюда