ОСТАЛЬНЫЕ УМЕРЛИ

История самарского онкобольного, который объявил минздраву бойкот

 1 507

Автор: Максим Фёдоров

У пенсионера Владимира Логинова рак четвертой степени. Вчера он объявил бойкот областному минздраву. Пятый год он пытается получить деньги на лекарства, а взамен ему предлагают химиотерапию.

Максим Федоров пообщался с Владимиром Логиновым и узнал, почему его знает вся оппозиция, а полицейские жмут ему руку, и как он пытался создать общество в защиту онкобольных, но все его соратники умерли. 

Маленький дом

До пенсии Владимир Логинов успел объездить полстраны. Он был хорошим электриком, и его отправляли в разные регионы — настраивать кабельные системы. Работа могла убить его намного раньше рака.

Закончил самарский институт связи, — рассказывает Владимир. — Выпускников отправили на Дальний Восток. Мы думали, что будем работать с оборудованием. В реальности же — попали на баржу, где нас вместе с зэками заставили разгружать кабели. Чудом удалось оттуда сбежать.

После побега устроился в московское монтажно-измерительное управление. Проработал там три года — постоянные командировки, смена регионов и снова экстрим. В разговоре Логинов вспоминает, как чуть не замерз насмерть ради кабелей:

Представьте, где-то в поле на Кузбассе по насту идет ЗИЛ-157 со спущенными шинами. Мы сидим в багажнике, накрывшись болоньевыми плащами. Вокруг -30°C и пустота. Вдруг что — живыми не выберемся. И все это ради кабельных систем. 

В командировках Логинов заработал язву. У него был выбор: остаться в Москве и жить в общежитии в Одинцово или вернуться в Самару, где родители только получили новую квартиру. Он выбрал Самару. Вылечил язву и устроился в институт «Гидропроект». Вместе с молодыми изобретателями обновлял электронные приборы, у них получилось усовершенствовать эхолот. По его словам, эту технологию применяют до сих пор.

Из «Гидропроекта» Владимир Логинов перешел в институт связи, где проработал семь лет. Пиком своей профессии Логинов называет время, когда институт сотрудничал с ЦСКБ «Прогресс»:

У нас была группа из 17 человек, в которой меня поставили главным инженером. Вместе мы сделали имитатор помех для космического корабля. Нам дали большую зарплату, похвалили. Но самое важное было, когда ко мне приехали несколько инженеров с завода. Помню, один из них, матерый инженер с прокуренными руками, отвел в сторону и сказал: «После твоего изобретения нас стали отпускать домой. Раньше в предпусковой период мы ночевали в подсобках, питались, как дураки, не видели жен. А теперь ночуем дома».

IMG_1233

Владимир Логинов поменял институт связи на НПП «Янтарь». Это была его последняя работа перед пенсией. Долго он здесь не продержался — у его матери произошел инсульт, и Логинов стал сиделкой.

— Мог уйти из дома максимум на 20-30 минут. Однажды прихожу домой, а она стоит у открытого окна с сумками. Говорит, что выйдет через подоконник и пойдет в свой домикОказалось, у нее развилась ретроградная амнезия. Она помнила детство в маленьком доме родителей, помнила, как в 1937 году забрали отца, а настоящее она не воспринимала. Со временем она и меня перестала узнавать. Мать умерла в 2010 году. И у меня сдали нервы.

Поздно

В 2012-м у Владимира начались проблемы с желудком. Он думал, от нервов. Логинов пошел на платное обследование в клиники медуниверситета. Результаты показали все признаки рака предстательной железы. Его отправили в районную поликлинику на анализы. Следующие два года он пытался записаться хотя бы на один анализ.

— В поликлинике №3, кроме флюорографии и стандартных анализов, ничего не назначали. В 2014 году в областном онкоцентре мне все-таки поставили диагноз — четвертая стадия рака с метастазами. Помню, как вышел из кабинета в онкоцентре с бумажкой, на которой врач написал: операция и облучение не помогут, слишком поздно.

IMG_1210

После диагноза Логинов подал заявление в прокуратуру, затем в районный и областной суды. Он требовал от поликлиники №3 компенсировать моральный вред за «неоказание медицинских услуг». Владимир считает, что врачи в поликлинике подделывали документы и не записывали в его медкарту симптомы рака.

Владимир Логинов выиграл районный суд, поликлиника отыгралась на апелляции. Логинов хотел передать дело дальше, в Верховный суд, но упустил процессуальный срок. Так закончился 2017-й — третий год с раком простаты. Обычно с такой болезнью живут пять лет.

Полицейский респект

Оставшееся время Владимир Логинов проводит на митингах и пикетах. Он приходит практически на все акции в Самаре.

В июне этого года Логинов вышел на пикет в память об онкобольной из Апатитов Дарьи Стариковой. Эта девушка в 2017 году на прямой линии рассказала президенту о проблемах профилактики рака в России. Он обещал решить проблему. Через год она умерла.

Владимир Логинов устроил пикет у входа в «родную» поликлинику №3. Там его задержали полицейские.

Ко мне подошли пятеро полицейских. Завели меня в поликлинику. Зачитывали статьи закона. Составили два протокола. Помню, как один из полицейских радостно сказал: «А я вас узнал. Мы возили вас в отделение во время митинга Навального [в марте 2017 года — прим. авт.]». После его слов я понял, что бить не будут.

IMG_1219

Несколько дней Логинов ждал, когда его вызовут в суд. После недельного молчания пошел в полицию. Там ему сказали, что дело закрыли, и суда не будет. Когда Логинов уже выходил из отдела, его подозвал к себе один из полицейских.

Он пожал мне руку и сказал, что у его близкого друга недавно умер отец от рака простаты. Оказалось, что болезнь диагностировали слишком поздно.

«Мужики умирали незаметно»

— В длинных очередях онкоцентра я познакомился с мужиками, у которых тоже слишком поздно нашли рак. Мы стали перезваниваться, разговаривать о том, как с больными обращаются в поликлиниках. Мы даже хотели создать движение или организацию, чтобы помогать людям быстрее установить диагноз.

Сегодня из всей нашей группы живой только я. Мужики умирали незаметно. Одни переставали звонить, другие — отвечать на звонки. Их места в очередях онкоцентра занимали заплаканные жены.

Я продолжаю ходить в онкоцентр. Здесь бесплатно обследуют, принимают анализы: можно следить за ходом болезни. Но лекарства получить сложно. Я никогда не отказывался от лекарств, но за все время мне их дали лишь трижды. Взамен онкоцентр предлагает химиотерапию. После нее я долго не проживу. 

BVluNS1

Последние два года Владимир Логинов лечится негосударственным препаратом. Вместо химии он выбрал иммунотерапию. Лекарство посоветовал ему один врач, которого он в разговоре называть не хочет.

Недавно Логинов опять ходил на платное обследование. С помощью «своих» лекарств за два года он подавил рак предстательной железы. Правда, анализы показали, что рак перешел на легкие.

Пенсия у меня 12 тысяч. Один курс лекарств — несколько моих пенсий. В год нужно минимум три курса. Раньше помогали родственники, друзья. Но денег не всегда хватало, и я принимал лекарства нерегулярно. Из-за этого рак остался.

С иммунотерапией Владимир Логинов сможет прожить еще год или два. Но у него нет денег на новый курс лекарств. Поэтому он объявил областному минздраву бойкот:

Я хочу, чтобы минздрав признал, что в поликлинике подделывали мои документы, и через суд выдал компенсацию. На эти деньги я продолжу курс иммунотерапии и таким образом немного продлю свою жизнь. 


Напомним, в начале октября самарский фермер с почечной недостаточностью тоже объявлял бойкот минздраву. Это сработало. Подробнее об этом можно почитать в нашем материале.

Автор фото: Максим Федоров 

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»ВКонтакте и Facebook