"ПОЛУЧИЛОСЬ АУТЕНТИЧНО"

16-летний реставратор Никита Грицевич о деревянной резьбе дома на Галактионовской

 1 531

Автор: Евгений Нектаркин

Осень весьма усложнила жизнь участникам «Том Сойер Феста-2016″. Декоративные украшения на наличники дома № 91 по Галактионовской монтировали под проливным дождём.

Монтажом занимался Никита Грицевич, волонтёр, который вызвался вырезать новые декоративные элементы взамен утраченных и разрушившихся. В свои 16 лет Никита уже имеет не только опыт работы с деревом, но и умеет создавать чертежи и занимается проектированием. В общем, интересный человек. Мы решили познакомиться с ним поближе.


— Как ты оказался на площадке «Том Сойер Феста»?

— Я занялся реставрацией совершенно случайно. Мой наставник Иван Стафеев предложил принять участие в воссоздании деревянных украшений, и я был рад в этом поучаствовать.

— Невероятно. Помнится, в прошлом году над созданием новых наличников на дом № 34 по Льва Толстого работал профессиональный столяр. Тебе 16 лет, откуда опыт работы с деревом?

— Занимаюсь прикладным творчеством с четвёртого класса — нам преподают черчение, рисунок, и резьбу по дереву. Начинали с простых геометрических форм — закончили изготовлением уменьшенной копии наличников. Мы ходили по городу и выбирали себе интересные наличники. Фотографировали их, чертили и под руководством преподавателя вырезали копию. Тогда я, можно сказать, по-настоящему увлёкся резьбой по дереву.

— Не страшно было браться за этот заказ? Всё-таки это не копия наличников, которая будет висеть у тебя на стене, а настоящие.

— В общем, не страшно — у меня, повторюсь, был определённый опыт и алгоритм действий. Я люблю, чтобы всё было по плану.

— О, это интересно. Расскажи об алгоритме работы по реставрации деревянных украшений дома.

— Когда мы приступили к реставрации, все декоративные элементы были разрушены или утрачены. Те частично уцелевшие элементы, что нам удалось снять с дома, рассыпались буквально в руках. Восстанавливать их форму пришлось по старым фотографиям. Причём даже на старых фотографиях было по одному уцелевшему элементу в разных окнах.

Затем я создал чертёж в программе ArchiCAD, распечатал в масштабе один к одному и перевёл на доску. В качестве материала я выбрал липу толщиной 30 миллиметров. Это дерево мягкое, податливое, хорошо поддаётся обработке и наиболее подходит для изготовления наличников с ажурными деталями.

Вырезал внутренний и внешний контур электрическим лобзиком. В дальнейшем ручной фрезой снял слой на плоских деталях, на выпуклых частях работал специальной стамеской и ножами. Толщина изделий разнится от 3 сантиметров до 3 миллиметров.

— Много времени ушло?

— Несколько месяцев. Я, конечно, не каждый день вырезал. Работал в основном по вечерам, в удовольствие — лето, вы же понимаете, нужно и от учёбы отдохнуть. Больше всего сил пришлось вложить в финишную обработку стамесками и ножами.

— Насколько получилось достоверно?

— Да, всё получилось аутентично. Можно сличить с фотографиями. Конечно, я выпиливал контур лобзиком, в каких-то местах снимал слой ручной фрезой, чтобы упростить работу и ускорить процесс, но в любом случае это ручной труд, как и 150 лет назад. Всё можно было создать на станке с ЧПУ за полчаса.

— Как долго деревянная резьба продержится?

— Минимум десять лет. Если за наличниками ухаживать, чистить после зимы от пыли и грязи. Деревянная резьба очень восприимчива к воздействию среды: солнце, атмосферные осадки, мороз — всё это очень влияет на состояние дерева. Мы пропитали резьбу маслом, обработали воском и покрыли лаком. Но через некоторое время было бы неплохо повторно обработать дерево, для того чтобы оно прослужило подольше.

— Что ощущаешь глядя на свою работу?

— Когда смотрю на готовый результат, мне как человеку, который это сделал, очень приятно. Видеть, что этот дом сохранился в историческом состоянии.

— Какие планы строишь на ближайшее будущее?

— Сейчас я учусь в архитектурно-строительном лицее СГАСУ и, конечно, планирую поступить на кафедру реставрации и реконструкции, продолжить деятельность.

— Ок, тогда до встречи на следующем «Том Сойер Фесте».

20160928-DSC_0166
Иван Стафеев, архитектор-реставратор

Раз уж руководитель Никиты — архитектор-реставратор Иван Стафеев — оказался рядом, мы задали и ему пару вопросов.

— Вань, восстановление деревянного декора — дело нешуточное. Как тебе пришло в голову доверить эту работу школьнику?

— Я преподавал у Никиты, видел его отношение к учёбе, и когда возник вопрос о необходимости восстановить декоративные элементы, подумал: «О, надо привлечь этого парня». Знал, что его родители занимались деревом и у Никиты есть навыки и определённый опыт работы с деревом, поэтому был уверен.

— Как ты оцениваешь результат?

— Я вполне удовлетворен работой Никиты. Получилось потрясающе, с учётом того, что это всё ручная работа. Она такая уютная, тёплая. Она отражает характер резьбы, какой она была в XIX веке, когда не было механических средств обработки. Конечно, деревянная болванка обрабатывалась электрическим инструментом, но это для упрощения труда. В остальном это работа рук мастера. Именно это ценно в старых вещах. Это реставрационный труд. Там тоже использовались ножи, ручные фрезы, стамески.

Я рад, что в Самаре есть люди, которым это небезразлично и которые такими действиями, как фестиваль «Том Сойер Фест», хотят и остальным жителям Самары это показать — посмотри, какая красота у нас в Самаре есть. Посмотрите на эту культуру, на то, как жили ваши предки. Это бесценно. К сожалению, Самара утратила свою ансамблевость, назовем это так, XIX века, но у нас ещё есть уникальные объекты с удивительной резьбой, которые ещё можно сохранить.

С профессиональным сохранением деревянного зодчества у нас беда, до уровня Карелии или Сибири мы не дотягиваем, при этом специалисты из Карелии, которые занимались реставрацией комплекса на острове Кижи, восхищаются нашей архитектурой, самарской деревянной и пропильной резьбой. Она у нас другая красота, в других пропорциях, другого исполнения, тем не менее потрясающая.


Уже после интервью мы узнали, что Никита Грицевич с работой по восстановлению резьбы наличников дома №91 по Галактионовской стал лауреатом Международного архитектурного фестиваля “Зодчество — 2016”.