НА РАЙОНЕ

Ксения Лампова о жизни на Пятой просеке

 3 931

Автор: Ксения Лампова

Недавно журналистка ДГ Ксения Лампова отметила свою первую годовщину бытности жителем спального района и независимым от родителей человеком. За это время ей был совершён умопомрачительный переезд с 6-й на 5-ю просеку, переведена почём зря тонна продуктов и разрушена вера в городской общественный транспорт. Какие повадки у жителей радужного спальника, где здесь погулять и чем заняться — читайте в нашем материале.

«На просеках присмотрел дом новый, потолки высокие, палаты царские с первого взгляда. Чё как на твоём районе? Из города и обратно добираться вообще жёпа или что?» — зажужжало мне сообщение, когда в ночи я шла домой по 5-й просеке.

Вокруг трещал тридцатиградусный мороз, выл ветер и собаки. Я им жалобно подвывала и скользила с горки вниз по жёлобу, который какие-то добрые люди прорубили среди сугробов, чтобы другие добрые люди не бросались под колёса машин от отчаяния. Отвечать на сообщение не стала. Такие вещи хорошим знакомым не пишут, чтобы они продолжали заблуждаться в том, что ты вполне себе адекват.

В тот день трамваи из города сначала не шли, потом всё-таки шли, а потом КамАЗ сбил опору на Ново-Садовой, а город наполовину ушёл в яму с кипятком (и с ним все эти треклятые трамваи). Я немного потолкалась на автобусной остановке, пока людской поток сам собой не внёс меня в маршрутку. Там мною была утеряна варежка в количестве одной единицы. Внутри зато все сделались как шёлковые и ободряюще шмыгали друг другу носом.

Я честно не претендую на особую глубину и непролазность этой ежевечерней «жёпы». Каждый день тысячи людей едут в город из какого-нибудь «кошелька», «Волгаря», «южки» или ещё откуда подальше, и все они обречены затем возвращаться в свои палаты царские. В пути они теряют варежки, а может, даже шапки или веру в будущее.

***

Через час я сидела на кухне, пила чай и пыталась для себя понять, чё как на моём районе. Своё письмо будущему жителю просеки очень хотелось начать с хорошего.

Первыми на ум пришли живописные виды на Волгу-матушку, но в моём окне было не видать даже неба. Зато упрямо виднелся мужик, который приклеивал скотч к оконной раме в БДСМ-трусах, а за ним в кровати томно лежала женщина. Чуть левее на кожаном троне в царских палатах восседал парень, который без перерыва играет в танчики вот уже полгода и лишь иногда прерывается на сон. Ниже пили водку ребята, которые ещё вчера пили пиво, а позавчера коньяк. Они на сон не прерываются вообще никогда. И, наверное, все эти персоналии в своих окнах меня тоже замечают и непременно думают что-нибудь эдакое.

Скрипнув сердцем, начинаю печатать: «Здесь много молодых семей живёт». Молодая пара с двумя детьми сверху согласно загромыхала табуретками. Тут же завизжала бензопила или дрель, будто кто-то наконец взбесился всем этим отсутствием частной жизни и пошёл отпиливать ножки табуреткам и моим соседям сверху. Сообщение я всё-таки стёрла, потому что одинокому человеку чужое семейное счастье без надобности.

***

Время неизбежно катилось к ночи. Срочно нужно было что-то отвечать, иначе больше никто и никогда не спросит моего экспертного мнения. «На просеках больше пивных разливаек, чем ты знал женщин, – понесло меня, — а ещё дома всех цветов радуги и около двадцати способов спуститься к Волге».

Начало получилось хорошее, потому что летом рассекать по району и проверять, чё там как, и правда приятно: вот ты весь из себя в городских джунглях, а вот идёшь на пляж, насвистывая, и оказываешься на краю огромного оврага. В нём только зловещая глубина, летучие мыши и деревья зеленеют буйно, как твоя молодость. И рядом ещё замотанная колючей проволокой обширная территория с надписью «Не влезай — стрелять буду». Да и пляжей-то сразу два: один песочно-обыкновенный, а другой щебёно-стекляшечный, и он почти что твой личный. Жара стоит пыльная и душная, рядом кто-то моет машину в кустах, на голову с листьев валятся огромные жуки, а пацаньё петардами швыряется. Белки скачут, ручей неизвестного происхождения в Волгу впадает, мужики курят в кустах кальян и тебя угощают. Душевно и безмятежно, как в глухой азиатской деревне.  И очень зелено там, где твердь земную всё ещё не вкатали в бетон.

Поговаривают, что раньше на просеках не было всего этого бедлама, а были только дачи с аккуратненькими домиками и пионерские лагеря, где под звуки горна отряд разбивался на пары и топал купаться. И жил тут ещё купец Головкин в доме со слонами, а сейчас живут управленцы и бандиты в коттеджах со спутниковыми тарелками. По правде говоря, всё так: верхняя часть просек расчерчена на квадратные метры, и упаси вас Господь припарковать свой кредитный «Форд Фокус» на чужом месте, а ниже сплошь таунхаусы буржуйские. Но ближе к Волге начинается дикость неизведанная. И очень это хорошо, что в нашем городе так по-дуальному всё.

Фото обложки отсюда

comments powered by HyperComments