Сегодня мы начинаем публикацию большого исследования историка Павла Попова, которое посвящено истории появления в Самаре большого тенниса.

Помимо информации о первых турнирах и их победителях, вы увидите целую галерею портретов известных горожан времен Самары купеческой. Не обойдется и без уникальных материалов из личных архивов их потомков!

Итак, предоставляем слово Павлу Попову.

---

Причина, по которой я обратился к ранней истории самарского тенниса, довольно проста.

Волей случая я познакомился с правнуком известного самарского купца, владевшего сетью галантерейных и готовой одежды магазинов в Самаре, общественного деятеля и предпринимателя Ливерия Николаевича Покидышева и внуком его сына Евгения Ливерьевича, с уважаемым Евгением Александровичем Воробьевым.

Удовлетворяя своё любопытство или страсть историка-краеведа, я просил его прислать мне только одну единственную копию фотографии из семейных альбомов, чтобы убедиться, что фотоснимки стоят потраченного на них времени.

Позже понял: коллекция Е.А. Воробьева – это настоящее сокровище для исследователей, и заполучил копии остальных фотографий. Пришел в полный восторг!

Обещал подготовить материал о семье Покидышевых, но всё отвлекали какие-то дела. Теперь решился, ведь в сентябре исполнилось 115 лет первому официальному турниру по лаун-теннису в Самаре, а в архиве Воробьева удалось обнаружить несколько невероятных по ценности фотоснимков молодых самарских теннисистов.

Исследования в области истории самарского тенниса нашими специалистами ведутся давно, примерно с начала 2010-х годов. Но до сих пор оставалось много вопросов.

Во-первых, всегда резали слух выражения «первый турнир 1912 года», «первый чемпионат 1912 года». Понятие «чемпионат» в 1910-х годах применительно к теннисным турнирам вообще использовалось крайне редко.

Но раз пошла такая традиция в местной «историографии», то и мы станем ей придерживаться. Обычно турниры по лаун-теннису называли «соревнованиями и состязаниями», «первенствами» или «гандикапами» в зависимости от ранга и сути мероприятия.

Во-вторых, датировка первого чемпионата 1912 годом вызывает по меньшей мере недоумение.

Первый полноценный официальный городской турнир по лаун-теннису по разрядам с призами (и дословно: «на первенство г. Самары») организован отделом лаун-тенниса Самарского речного яхт-клуба и прошел в 1911 году, а кубок Альфреда фон Вакано разыгрывался не только в 1912 и в 1913 году, но и однозначно в 1915 году…

Причем в 1913 году был учрежден еще один именной приз – золотая медаль и брошь в дамском одиночном состязании, а затем и кубок (серебряная ваза) Эриха фон Вакано – и разыгрывался среди женщин трижды – в 1913, 1914 и 1915 году.

Если добросовестно поработать с историческими источниками, в нашем случае с самарской дореволюционной периодикой, привлечь к исследованию, помимо некоторых оцифрованных газет и ежегодников ВСЛТК «Lawn-Tennis» в сети, оригиналы всей самарской прессы 1910‑х годов, доступные в отделе редких книг Самарской областной универсальной научной библиотеки, листать газеты методично – номер за номером, подшивку за подшивкой, то с учетом навыка такой работы и хорошего здоровья через несколько месяцев станет ясно, что турниров по лаун-теннису в городе Самаре в 1910-х годах состоялось все-таки шесть, а не четыре, как считалось до сих пор:

Теннисные турниры (1911 – 1915)

В январе 1909 года сыном А.Ф. фон Вакано – Эрихом Альфредовичем были окончены все работы по строительству и пуску ультрасовременного пивоваренного предприятия Товарищества Жигулевского пивоваренного завода А. Вакано и Ко в Бакинской бухте близ селения Зых. На его строительство ушло почти 1,5 года.

После сдачи бакинского завода в эксплуатацию Эрих Альфредович отправился в Москву, решал разные организационные вопросы, давал интервью о новом заводе и попал в Самару только весной 1910 года.

Появление Эриха вызвало заметное оживление в работе Самарского яхт-клуба, что выразилось, прежде всего, в организации отдела лаун-тенниса и предоставлении молодой спортивной организации в пользование здания кухмистерской семьи Вакано или пивной №1.

Самарский яхт-клуб и Кухмистерская фон Вакано

29 марта 1908 года восемнадцать энтузиастов, среди которых были предприниматели, юристы и чиновники, известные инженеры во главе с нотариусом М.С. Афанасьевым подписали устав новой организации – Самарского речного яхт-клуба.

3 июня 1908 года яхт-клуб был внесен определением Самарского губернского по делам об обществах присутствия в официальный реестр обществ и союзов.

В 1908 году учредители никаких собраний не проводили, однако шла активная переписка с властями о месте установки «плота» для летней штаб-квартиры и приеме под свое управление спасательной станции Императорского Российского общества спасения на водах.

В начале 1909 года по решению общего собрания учредителей клуб приобрел купальню Попова и начал ее перестройку под клубную станцию (пристань). Место для ее размещения выбрали рядом со спасательной станцией на Волге под Александровским (ныне Вилоновским) спуском.

1 февраля 1909 года вновь созданный отдел легкой атлетики (гимнастическое отделение клуба) объявил о записи на занятия, что вызвало настоящий ажиотаж.

Желающих было хоть отбавляй! В середине марта 1909 года стартовали занятия гимнастов в здании 1-го городского 6-классного училища (ныне Степана Разина, 49) напротив Вознесенского собора под руководством борца С.Е. Елисеева, а в середине октября отдел открыл 1-й чемпионат атлетов яхт-клуба в здании театра-цирка «Олимп». Соревнования проходили после 11 вечера, после основных представлений.

В 1909 – 1911 годах создано порядка пятнадцати отделов: плавания, велосипедный, лыжный, конькобежцев, воздухоплавания, автомобильный, спортивной ходьбы, лаун-тенниса, физической культуры, организованы две футбольные команды и т.д.

30 мая 1909 года собрание учредителей сложило полномочия, было избрано руководство, предусмотренное уставом:

Но уже через несколько месяцев Эллис выехал из города и его заменили два вице-командора – совладелец ТД «Братья Клодт» Н.О. Берг и пастор, барон В.Ф. Энгельгардт. Сформированы техническая, хозяйственная и гоночная комиссии.

28 июня 1909 года в присутствии губернатора В.В. Якунина состоялось официальное открытие яхт-клуба на Александровском спуске с поднятием флага (флаг – прямой синий крест на белом стяге с гербом Самары в кряже).

В августе – сентябре 1909 года прошли первые гонки на гребных, моторных и парусных судах. Со стороны казалось, что клубное строительство идет вполне удачно. Но были и две большие проблемы: отсутствие финансовых поступлений зимой (с сентября по май) и зимней штаб-квартиры.

Членские взносы и благотворительные мероприятия не могли обеспечить полноценную работу всех отделов, в том числе и деятельность в сфере развития лаун-тенниса в городе.

В газете «Голос Самары» не раз приводили слова первого командора М.С. Афанасьева: «Зимние деньги делают летний сезон».

Еще в период становления яхт-клуба, в начале 1909 года заседания собрания учредителей проходили в зале новой гостиницы «Гранд-отель» Н.Н. Шемякина в доме Е.И. Субботиной (ныне ул. Куйбышева, 111).

По решению Самарской городской думы от 29 апреля 1909 года яхт-клубу была передана площадка в Пушкинском сквере с павильонами, которые начали использоваться как зимняя квартира с чайным салоном. Однако эти деревянные павильоны, построенные для семейно-педагогического кружка А.Ф. фон Вакано в 1902 – 1904 годах, оказались крайне малы по площади и неудобны.

На общем собрании членов Самарского яхт-клуба 20 августа 1910 года вице-командор Н.О. Берг доложил, что господа Вакано передают здание пивной № 1 (Кухмистерская) на Алексеевской, 6 (ныне Красноармейская, 4) в бесплатное пользование клубу под зимнюю квартиру.

Но с условием, что сам клуб будет нести только расходы по содержанию помещения, а вся чистая прибыль с вечеров, концертов и т.п. пойдет на улучшение Пушкинского сквера и спортивных площадок (Волжское слово, 1910, 22 августа).

Таким образом, Вакано решили сразу два важнейших вопроса – и о финансировании клуба, и о его зимней штаб-квартире.

Была создана комиссия для управления кухмистерской, куда вошел брат Эриха – Владимир фон Вакано. 24 октября 1910 года был отслужен молебен по случаю открытия зимнего помещения яхт-клуба в присутствии нового самарского губернатора Н.В. Протасьева.

Режим работы кухмистерской: с 12 часов дня до 6 вечера столовое зало открыто для всех желающих; с 8 вечера до 2 часов ночи только для членов яхт-клуба или лиц, рекомендованных одним из членов; по субботам обязательные семейно-танцевальные вечера и ужины после театра для членов или по их рекомендации. Заработал клубный буфет с минимальным трактирным сбором – 50 рублей в месяц.

Элементы избранности (наличие рекомендации) при посещении вечеров в кухмистерской сделали заведение, наряду с Коммерческим клубом, концертным залом «Аквариум» и рестораном братьев Ивановых, самым модным местом в городе вплоть до введения сухого закона после начала Великой войны 1914 – 1918 годов.

Почти каждая скучающая мадам или молодая мечтающая мадмуазель просто жаждали попасть на танцы в кухмистерскую. Один за другим понеслись здесь оперные концерты и драматические спектакли, литературные вечера, выступления фокусников и популярных тогда телепатов, профессоров черной и белой магии, ситцевые балы с призами за лучшие костюмы, карнавалы с боем конфетти.

С полной ответственностью можно сказать, что в 1910 – 1914 годах в кухмистерской фон Вакано на Алексеевской собиралась почти вся городская элита – состоятельные купцы, интеллигенция, прогрессивное дворянство, важные чиновники, высокопоставленные военные, представители от искусства.

21 декабря 1911 года, согласно отношению нотариуса, по дарственной кухмистерская официально перешла от А.Ф. фон Вакано в собственность сына Эриха, который в мае 1912 года женился на уроженке Тифлиса, германской подданной Гильде Рихардовне Дитрих. 11 августа 1913 года у Эриха и его супруги родилась дочка – Герта-Вильгельмина (ЦГАСО. Ф. 1. Оп. 3. Д. 4360. Л. 50).

Весной 1910 года при Самарском речном яхт-клубе был создан отдел лаун-тенниса. Его возглавил Эрих фон Вакано.

В газете «Голос Самары» от 27 февраля 1911 года нам попалась любопытная заметка «Лыжный спорт» о первом клубном лыжном забеге на 3 версты и призах, пожертвованных А.Ф. фон Вакано. Некоторые участники были награждены рекетами (ракетками) для тенниса, наборами мячей и абонементами на право бесплатного посещения теннисной площадки в Пушкинском сквере на весенне-летний сезон 1911 года.

В августе 1911 года корреспондент газеты «Голос Самары», рассуждая о молодежи и положении дел в самарском спорте, записал: «Теперь я хочу отметить все возрастающий интерес учащихся и к другим видам спорта, как, например, к гребному, к парусному, к лаун-теннису, к футболу. Стоит только пойти в Пушкинский сквер, чтобы убедиться, что площадки, предназначенные для лаун-тенниса, всё время занятны, и что их не хватает…» (Голос Самары, 1911, 28 августа).

Первенство Самары по лаун-теннису 1911 года

Первоочередной задачей вновь образованного отдела лаун-тенниса при Самарском яхт-клубе стало вхождение во Всероссийский Союз Лаун-Теннис Клубов (ВСЛТК) и полноправное участие в его работе.

Поэтому еще за год до официального вступления во Всероссийскую организацию отдел лаун-тенниса Самарского речного яхт-клуба постановил провести первенство (чемпионат) по всем требованиям и нормативным документам ВСЛТК, что и было предпринято в Самаре 8 – 14 сентября 1911 года.

В одиночном мужском разряде (Gentlemen’s Open Singles) «на первенство г. Самары» первый приз ожидаемо взял Э.А. фон Вакано, а второй достался В.И. Силландер.

Победитель в этом разряде считался чемпионом города. Информация о первенстве 1911 года и о победе Эриха в разряде Gentlemen’s Open Singles опубликована в ежегоднике ВСЛТК (Ежегодник ВСЛТК за 1912/1913. СПб., 1913. С. 187).

Официальный статус этого чемпионата не вызывает никаких сомнений.

Эрих-Виктор-Иоанн фон Вакано, второй сын Альфреда Филипповича фон Вакано, родился в Вене 19 декабря 1879 года.

Для мальчишек, участников самарских теннисных турниров Эрих фон Вакано был не просто взрослым и руководителем отдела лаун-тенниса – он был живым воплощением силы, чести и упорства. Они смотрели на него глазами, полными обожания и уважения: в нём словно соединились все те качества, о которых мечтают в юности.

Э.А. фон Вакано с ранних лет привык добиваться своего и был успешен во всем: прилежно учился в Самарском реальном училище, впитывая знания с той же твёрдостью, с какой позже шагал по жизни.

Краевед В.Н. Казарин отмечал, что о достижениях в учебе юного Эриха, особенно в рисовании и черчении, писала даже газета «Самарские губернские ведомости».

Эрих вел здоровый образ жизни, имел крепкое телосложение, увлекался спортом. Во второй половине 1890-х годов он прошел курс Высшего Коммерческого училища города Лейпцига, а в 1900 году, не желая сидеть на шее отца, поступил на службу рядового 215-го Бузулукского резервного батальона на правах вольноопределяющегося.

11 мая 1901 года Э.А. фон Вакано получил звание младшего унтер-офицера, а в августе выдержал экзамен на чин прапорщика. Во время русско-японской войны в составе I Сибирского запасного батальона находился в резерве действующей армии у станции Гунжулин. 12 декабря 1905 года уволен в запас.

В 1907 – 1909 годах по заданию отца руководил строительством пивоваренного завода Жигулевского Товарищества в Баку, а вернувшись в Самару, встал во главе отдела лаун-тенниса Самарского речного яхт-клуба. К слову, отец и брат Владимир являлись действительными членами яхт-клуба уже с зимы 1909 года.

В начале осени 1913 года Эрих с женой и дочерью, и вместе с семьей брата Владимира поселились в новом доме А.Ф. фон Вакано, выстроенном по проекту архитектора Д.А. Вернера, по адресу: Почтовая, 3 (ныне ул. Шостаковича, 3).

Другой призер турнира 1911 года – Вильгельм Августович (Василий Иванович) Силландер – коллежский асессор, преподаватель немецкого языка:

В газетах высказывалось мнение, что «при Василии Ивановиче Силландере спорт свил уютное гнездышко в стенах Коммерческого училища», а во время его преподавания в училище Ф.К. Глазова, которое славилось высоким уровнем преподавания иностранных языков, в рекламных объявлениях значилось, что «обучение немецкому языку ведется по новейшей системе профессора Берлица».

В.И. Силландер – член Совета Самарского общества народных университетов (1912 – 1914), при командоре П.Н. Полякове член Комитета Самарского речного яхт-клуба (1911 – 1914). В.И. Силландер, подобно многим другим учителям, постоянно переезжал с квартиры на квартиру – в 1907 году проживал в номерах Тимофеева на углу Дворянской и Предтеченской, в 1908 году на Троицкой, 100, в 1909 – 1910 годах на Саратовской, 179, в 1911 году на Николаевской, 167, в 1912 на Вознесенской, 60, с 1913 при реальном училище.

По договоренности с отделом лаун-тенниса Василий Иванович водил своих учеников на теннисную площадку целыми группами. Неудивительно, что все три призера ученического соревнования в 1911 году оказались из Коммерческого училища.

Смешанное парное состязание окончилось победой госпожи Э. Лаудиен и Э.А. фон Вакано, получивших первый приз – «серебряную вещь». Второй приз взяли супруги Зедорф. К сожалению, пока не удалось установить, кто такие были загадочные Лаудиен и Зедорф.

По сведениям местной печати одиночное ученическое состязание городского первенства 1911 года прошло «весьма оживленно и при сравнительно большом числе участников».

Победителем стал один из сыновей авторитетного в Самаре общественного деятеля, дальнего родственника поэта К.Н. Батюшкова, тверского дворянина Николая Дмитриевича Батюшкова – Василий Николаевич Батюшков (6.1.1894, Самара – 17.1.1981, Киев).

У четырех родных братьев Василия Николаевича жизнь сложилась непросто.

Старший Дмитрий окончил Горный институт, был женат на дочери председателя Восточного порайонного комитета по регулированию перевозок массовых грузов Г.И. Лессинского – Марии Генриховне. В 1937 году Дмитрий Николаевич приговорен к расстрелу.

Второй по старшинству – Константин Николаевич – участник Балканской войны (1912/13), кавалер орденов, корнет 5-го гусарского Александрийского полка геройский погиб в бою под м. Козчяны у д. Бучаны 14 сентября 1915 года.

Память об Александрийском полке с 2015 года бережно хранится в Самаре, прежде всего, благодаря деятельности НКО Союз «Военно-исторический клуб «Бессмертные гусары».

В 2016 году усилиями клуба был снят документальный фильм об александрийцах «Бессмертные» и начал работу музей полка в помещении Музея ПриУрВО, а 7 сентября 2018 года около Дома офицеров (ОДО) открыта скульптурная композиция авторства И.И. Мельникова, посвященная гусарам. Скульптор изобразил корнета, ведущего под уздцы лошадь. Чертами лица он напоминает корнета К.Н. Батюшкова. Сегодня руководители клуба, насколько нам известно, продолжают дело героев и сражаются в зоне СВО.

Третий брат – Федор Николаевич в 1912 году стал чемпионом Самары по лаун-теннису и обладателем Кубка А.Ф. фон Вакано.

Он также был офицером 5-го Александрийского полка, орденоносцем и участником Великой войны, затем воевал в армии Колчака и почти 19 лет провел в заключении на Соловках.

Самый младший сын Н.Д. Батюшкова – Георгий Николаевич – выпускник Коммерческого училища, учился в Политехническом институте императора Петра Великого в Петрограде и в Институте Народного хозяйства им. Плеханова. Из-за проблем со здоровьем (туберкулез) не служил, много лет работал журналистом и фотокорреспондентом, являлся судьей республиканской категории по парусному спорту.

Нужно сказать, что наш город, семья, первые учителя и наставники и, конечно, Самарский яхт-клуб оказали огромное влияние на молодых людей и всю их последующую жизнь. Особенно хорошо это видно по судьбе победителя ученического соревнования по теннису 1911 года Василия Батюшкова.

Он окончил Коммерческое училище, где рисование преподавал самарский живописец и коллекционер Василий Васильевич Гундобин.

В 1960-х годах В.Н. Батюшков по просьбе искусствоведа В.И. Володина подготовил небольшую рукопись с теплыми воспоминаниями о художнике и озаглавил её «Светлая память».

В своей рукописи Батюшков отмечал, что в последних классах училища Гундобин много уделял ему внимания, помогал советами и даже выставил в 1909 году несколько его акварелей на Самарской художественной выставке в Публичном музее, где в тот год, помимо самарских мастеров, были представлены работы С.Ф. Жуковского, Б.М. Кустодиева, К.Ф. Юона и др.

Завершив учебу в Коммерческом училище с золотой медалью, он продолжил образование в Санкт-Петербургской Академии Художеств, а с 1914 года в студии К.Ф. Юона в Москве. Параллельно учился в Московском Коммерческом институте.

Дворяне Батюшковы внесли заметный вклад в жизнь Самарского яхт-клуба. Яхта «Шквал», записанная на жену Н.Д. Батюшкова – благотворительницу Надежду Васильевну, родную сестру пермского купца, пароходчика, заводчика и миллионера Н.В. Мешкова, хозяина уникальных железобетонных пристанских складов в стиле модерн (ныне М. Горького, 98), принимала участие в первых гонках в августе и сентябре 1909 года (Голос Самары, 1909, 8 сентября).

Сыновья Батюшковых отлично умели управлять парусным судном. Около их дачи, которая находилась на Барбашиной поляне, была своя, профессионально, со знанием дела обустроенная пристань, где мальчишки проводили много времени в летние каникулы.

Топоним «Батюшкова пристань» часто встречается в объявлениях 1910-х годов, например: «за небольшое вознаграждение окончившая гимназию… репетирует на первой просеке Барбашиной поляны, Батюшкова пристань, дача Бостром» (Волжское слово, 1916, 29 июня).

Во время учебы в Академии Художеств Василий не раз приезжал в Самару, а в начале лета 1913 года соревновался в гонках на легендарной клубной яхте «Соперник», победившей в юбилейной регате в Санкт-Петербурге в 1910 году (Волжское слово, 1910, 21 сентября).

За ту победу на «Сопернике» в столице и за демонстрацию нашего клубного флага яхтсмен, будущий командор, купец П.Н. Поляков получил звание почетного члена Самарского яхт-клуба. Теперь яхту «Соперник» опробовал Василий и показал второе время.

На игровой площадке родительской дачи братья Батюшковы организовали хороший корт (насколько это было в их силах) и проводили теннисные спарринги.

Летом к ним на велосипедах из своих загородных имений приезжали играть в лаун-теннис сверстники – братья Покидышевы, братья Шараповы и братья Павличек.

Подобные игровые площадки мы могли бы встретить и на многих других самарских дачах (например, профессиональный корт на даче доктора М.А. Гринберга), в дачах-номерах и в кумысолечебницах, в которых уже с начала XX века гоняли мяч, устраивали стихийные состязания в крокет и лаун-теннис.

Такая площадка была и на даче Покидышевых (в нашем распоряжении есть несколько фотографий детей Покидышевых и Павличек, играющих на этой площадке в крокет или фотоснимок Евгения Покидышева с ракеткой в теннисном костюме на даче).

Следствием, в том числе дачных тренировок, стали уверенные победы Василия Батюшкова в одиночном и парном ученическом в 1911 и его брата Федора в парном мужском и одиночном мужском состязании в лаун-теннис за звание чемпиона Самары в 1912 году.

Жизнь Василия Батюшкова, как и всей его большой семьи, достойна остросюжетной повести.

Со слов его внучатого племянника С.Е. Батюшкова и по справке искусствоведа Т.Ф. Алексушиной в 1916 году Василий Николаевич был мобилизован в Одесскую школу прапорщиков, в 1917 – 1918 годах жил по болезни в Самаре, женился на двоюродной сестре (кузине) Е.Н. Мешковой и у них родилась дочь Ирина.

В 1918 году Батюшков мобилизован уже в речную флотилию Комуча и даже стал командиром миноносца. После взятия Самары Красной Армией флотилия через реки Белая и Кама ушла в Сибирь, где Василия Николаевича вместе с семьей списали на берег.

Летом 1918 года В.Н. Батюшков с женой и дочкой прибыли во Владивосток. Глава молодой семьи устроился в местный драмтеатр художником-оформителем.

После освобождения Владивостока от японцев вступил в Красный флот и ходил на крейсере «Олег» в поход на помощь пароходу «Севастополь» в тылу у белых в Цусимском проливе. Помимо всего, занимал должность «Художник Флота».

После демобилизации через Свердловск, где занимался экономикой, попал с семьей в Москву. В столице предстояла работа в Научно-техническом управлении ВСНХ СССР, старшим экономистом в Гидроэлектропроекте.

В 1938 – 1941 годах Батюшков – художник-оформитель на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке.

В 1941 году его арестовали и выслали в город Советск Кировской области. Вероятно, именно здесь Василий Николаевич женился во второй раз на преподавательнице по классу фортепиано И.Э. Писаревой, и вплоть до 1956 года продолжал работать в Советске и Кирове, участвовал в выставках Кировского отделения Союза художников, являлся членом Союза художников СССР.

В 1956 году В.Н. Батюшков с супругой переехал к ее матери в Киев. Скончался 17 января 1981 года.

Второй призер ученического состязания 1911 года – Марк Гринберг. Над установлением его личности пришлось изрядно потрудиться.

Марк Гринберг, как оказалось, не имел никакого отношения к фигуре и семье известного самарского врача Моисея Гринберга.

Он также не был связан и с семьей тыкоцинского мещанина, крупного самарского домовладельца, строительного подрядчика, возводившего несколько крупных объектов Трубочного завода (в том числе здание Управления завода, что на фото ниже), которого В.Г. Каркарьян ошибочно называл книжным торговцем, Соломона Гринберга.

Марк Гринберг – сын одесского дворянина иудейского вероисповедания, присяжного поверенного Иосифа Моисеевича Гринберга. Отец Марка И.М. Гринберг окончил Императорский университет имени св. Владимира в Киеве по курсу права и вернулся в родную Одессу. Женился на Песе Абовне (Полине Абрамовне) Зильбершмидт.

В Одессе у них родились трое детей: Марк (род. 9.02.1896), Изабелла (род. 9.09.1898) и Елена (род. 8.06.1900), что зафиксировано одесским казенным раввином (ЦГАСО. Ф. 229. Оп. 1. Д. 467).

В 1906 году Иосиф Моисеевич Гринберг перебрался с семьей в наш город, где поступил на службу присяжного поверенного Самарского Окружного суда.

В 1907 году произошло два важных события в семье Гринбергов: одно трагическое – умерла мать Марка Песя Абовна (Полина Абрамовна), другое счастливое – сам он был зачислен в местное Коммерческое училище.

Вплоть до 1914 года Марк Иосифович жил с отцом и сестрами в Самаре в доме доктора Эрна (ныне Чапаевская, 165), хорошо учился, прекрасно играл в лаун-теннис и был призером на теннисных турнирах в 1911 – 1913 годах.

В 1914 году стал студентом Петроградского политехнического института имени Петра Великого.

Третье место в ученическом состязании 1911 года занял Евгений Покидышев. Он был младшим сыном самарского купца Ливерия Николаевича Покидышева, происходившего из мещан города Калязина Тверской губернии.

История его калязинских предков – церковных служителей и мелких торговцев – прослеживается с начала XVII века. В середине 1880-х Ливерий (род. 15.02.1864) со своим отцом калязинским мещанином Николаем Григорьевичем Покидышевым оказался в Самаре.

Разные косвенные данные говорят нам о том, что отец Ливерия – Николай Григорьевич (1837, Калязин – 31.07.1901, Самара) работал управляющим канатно-веревочного завода и шорной торговли купца Якова Ивановича Попова – крупного городского общественного деятеля в 1870 – 1880-х годах.

Я.И. Попов много лет был гласным Самарской городской думы, возглавлял Самарский Общественный банк и его портрет стал одним из первых, который украсил зал думских заседаний в знак признания заслуг.

4 сентября 1888 года дочь Якова Попова – Анна Яковлевна венчалась в Вознесенском соборе с Ливерием Николаевичем Покидышевым. Их дети: Мария (род. 25.12.1892), Владимир (род. 07.07.1895), Евгений (род. 18.04.1897).

Ливерий Николаевич держал большую торговлю галантереей, готовой одеждой, бельем и обувью сначала в доме И.И. Санина на Панской в 40 квартале, а затем в доме купца Н.П. Масленникова на Дворянской (ныне Куйбышева, 99), где в июне 1897 года он занял угловое помещение, освободившееся после мануфактурного и мехового магазина В.Е. Буслаева.

Согласно окладной книге, 31 октября 1901 года арендатор Л.Н. Покидышев приобрел особняк купца Н.П. Масленникова в собственность. В настоящее время на месте Главного Санкт-Петрбургского модно-галантерейного магазина Покидышева находится ремесленная пекарня «Белотурка».

1 декабря 1913 года Л.Н. Покидышев открыл филиалы своего магазина в доме С.А. Гринберга (ныне Молодогвардейская, 98) и в доме К.М. Пятова на Воскресенской площади, от которого в настоящее время остался лишь муляж фасада по Садовой, 210А (Волжское слово, 1913, 13 декабря).

С 1915 года Воскресенским филиалом руководил старший сын Л.Н. Покидышева – Владимир.

В 1916 году, во время продовольственного и товарного кризиса на Л.Н. Покидышева завели дело о спекуляции по заявлению жены некоего врача Арефьева (ЦГАСО. Ф. Р220. Оп. 4. Д. 34).

Дел о спекуляции в период войны было открыто великое множество. И мы бы не обратили на него внимание, если бы архивное дело не представляло из себя любопытный сборник сотни счетов поставщиков купца Покидышева на фирменных бланках.

Одежда, обувь и белье поступали от производителей со всех уголков Империи и даже из-за рубежа! Нам оставалось разве что прикоснуться к этим товарам… И такая возможность скоро представилась!

Но об этом вы узнаете в следующем материале!

---

Иллюстрации и текст: Павел Попов
Художник: Александр Ломков

Фотоматериалы из семейных архивов внука купеческого сына Е.Л. Покидышева – Е.А. Воробьева (Москва), внучатого племянника дворян В.Н. и Ф.Н. Батюшковых – капитана I ранга С.Е. Батюшкова (Москва), правнучки оренбургской мещанки М.Н. Павличек – М.Н. Кайдаловой (Санкт-Петербург).

Отдельно благодарим за консультации краеведов С.Г. Чуваткина (Самара), М.С. Рябинина (Самара), историка и автора документальных фильмов И.В. Пеннер-Кострюкову (Самара), автоисторика С.В. Кирильца (Мильтенберг), научного сотрудника Музея Модерна Е.М. Жидкову, коллекционеров О.В. Казак (Самара), С.А. Попкова (Ростов-на-Дону), М.С. Безрукова (Самара), экскурсовода Е.И. Рогову (Самара), а также сотрудников отдела редких книг Самарской областной универсальной научной библиотеки, Центрального государственного архива Самарской области и Самарского областного Художественного музея.

Использование семейных фотоснимков в любых печатных изданиях возможно только с письменного разрешения владельцев.

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город» и ВКонтакте