СУДЬБА ЧЕЛОВЕКА

Инженер Лев Зелихман: спичечная фабрика, усадебное место на Москательной, техническая контора на Дворянской и роль в строительстве синагоги

 1 268

Автор: Редакция

.

,

Мы продолжаем историю спичечной фабрики инженера Льва Зелихмана. Сегодня вы узнаете некоторые дополнительные сведения об этом предприятии, а также ближе познакомитесь с самим Львом Львовичем, человеком весьма интересной биографии. Материал подготовил краевед Павел Попов.

Как мы уже отмечали, сложные отношения владельца спичечной фабрики «Волга» инженер-технолога Л.Л. Зелихмана с Епархиальной богадельней привели к расторжению договора об аренде земли под спичечное производство на бывшем дворовом месте купцов Кожевниковых на Петропавловской площади, а после пожара на фабрике летом 1897 года все контакты с богоугодным заведением были разорваны. Ущерб от пожара в каменном здании спичечного предприятия Л.Л. Зелихмана был покрыт богадельне по страховке.

28 апреля 1897 года Л.Л. Зелихман обратился в городскую управу с прошением о сдаче ему в аренду городской выгонной земли от 1200 до 1920 квадратных саженей на 48 лет с платой по 10 копеек за 1 квадратную сажень рядом с садом купца А.А. Субботина № 197 и керосиновым складом купца И.Е. Дочара. Керосиновый магнат Дочар снимал здесь участок еще с 1871 года. Это новое место находилось в трех минутах ходьбы от богадельни на углу современных улиц Г.С. Аксакова (состоящей до революции из Федоровского переулка и Фабричной) и Коммунистической (Петропавловской), но до 1923 года официально числилось по несуществующей теперь улице Полевой продольной, от которой остался лишь небольшой кусочек – современная улица Агибалова. До начала XX века примерно на территории будущего трамвайного парка даже существовал угол Полевой продольной и Полевой поперечной (последняя – нынешняя улица Полевая).

К подаче прошения об аренде нового места инженер Зелихман хорошо подготовился. Получил купеческий паспорт, подробно изучил свой предполагаемый участок на Полевой. В заявлении он указывал, что просимая им пустопорожняя «земля до настоящего времени городу никакого дохода не приносит».

21

Прошение Л.Л. Зелихмана об аренде нового места под фабрику от 28 апреля 1897 года.

И далее: «Считаю нелишним присовокупить, что спичечная фабрика, помимо своего практического назначения, полезна городу, так как дает заработок для 300 семейств беднейшей части населения Самары, отчего смею думать, что городская дума отнесется сочувственно к моему настоящему заявлению и сдаст мне землю на предлагаемых условиях…». На заседании 29 мая 1897 года городская дума отдала землю в размере 1 820 квадратных саженей в аренду инженеру Л.Л. Зелихману согласно его просьбе на 48 лет по цене 10 копеек за квадратную сажень.

22Из журнала Самарской городской думы от 29 мая 1897 года
23
24-minЖилой дом на углу улиц Г.С. Аксакова и Коммунистической, на месте которого в 1897 – 1923 годах находилась спичечная фабрика «Волга» (официальный дореволюционный адрес –  улица Полевая).

Работая на Оренбургской железной дороге, к осуществлению сокровенной мечты об открытии собственного промышленного производства в Самаре Лев Зелихман шел почти 15 лет. Лев Львович Зелихман родился в богатой семье евреев-торговцев в 1844 году в городке Дубровно Могилевской губернии (ныне райцентр Витебской области в Республике Беларусь). В этом городе на берегу Днепра, где половина населения, почти 2000 человек были евреями, Лев закончил школу. Поступил в Могилевскую гимназию, а позже в одно из самых престижных учебных заведений Империи – в Санкт-Петербургский Практический Технологический институт, целью которого, по указу Николая I, «есть подготовка людей, имеющих достаточные теоретические и практические познания для управления заводами и фабриками, или отдельными частями оных». Дипломную работу Лев Зелихман защитил под руководством известного ученого-механика, профессора И.А. Вышнеградского, который в 1875 – 1880 годах стал директором Петербургского технологического института, а в 1887 – 1892 годах – министром финансов при Председателе Комитета Министров Н.Х. Бунге.

25

По окончании института Л.Л. Зелихман получил специальность «инженер-технолог промышленного производства I разряда», а через 10 лет волею судеб попал в Самару на новую частную Оренбургскую железную дорогу, связавшую тогда Южное Приуралье и Оренбуржье с Волгой (Оренбург – Батраки (Октябрьск)). В 1877 – 1890 годах Зелихман проживал в доме чиновника, дворянина М.В. Рамзина на Преображенской улице (ныне Водников, 40). Этот дом классической «образцовой» застройки Преображенской улицы чудом сохранился до сего дня, но подлежит сносу по программе ветхого и аварийного жилья.

26-min

В 1890 – 1893 году Лев Львович с семьей квартировал в доме владельца лавок, кузниц, лесопилок купца С.А. Гребенщикова на Соборной, в 1893 – 1898 годах в доме хлеботорговца и владельца мельниц в Приуралье П.С. Маликова на Самарской улице, а в 1898 – 1915 годах в доходном доме Д.Е. Челышова на Саратовской (ныне Фрунзе, 56) в кв. № 12, а с 1915 года в кв. № 1 этого же дома. Вместе с ним здесь жили жена Эрнестина Самуиловна и четыре дочки: Евгения, Мария, Лидия, Раиса.

С 1877 года Зелихман занимал должность главного инженера службы подвижного состава и тяги Оренбургской железной дороги с заработной платой в 6 500 рублей в год. В своей должности Лев Зелихман был успешен и эффективен, но не забывал и про свой достаток, занимаясь разными махинациями и коммерческими делами, за что в 1880 году особым приказом министра путей сообщения был уволен, но почти сразу восстановлен «в виду полезной его деятельности» с увеличением оклада до 7 000 рублей и награждением медалью «За усердие». Согласитесь, просто невероятно!

30 января 1886 года «Самарская газета» на своих страницах поместила выдержки из статьи-расследования самарского корреспондента газеты «Саратовский дневник» с отзывами о работе господина Зелихмана. В заметке «Еще об Оренбургской железной дороге» находим: «Самарский корреспондент «Саратовского дневника» хотя и не вполне грамотно, но усердно продолжает свои разоблачения порядков на нашей Оренбургской железной дороге… На этот раз он останавливается на Зелихмане, заведующем службой тяги… Полюбуйтесь, два дома у него, занимаемые управлением Самаро-Уфимской железной дороги за 6 000 рублей в год… и если хотите, то закусите макаронами с завода Зелихмана… Нужно заметить, однако, что начальник службы тяги господин Зелихман – недюжинный еврей, держит себя с чувством собственного железнодорожного достоинства, а главное гордится тем, что изобрел не существующую ни на одной дороге мазь для смазки подвижного состава (нефть) и издал книгу «О совершенно лучшем устройстве паровозов и тендеров». Насколько эта книга полезна, не знаю; так как я не техник, то и судить об этом не берусь. Не в этом дело, а в том, что книги эти им были разосланы по разным депо и мастерским, подведомственным ему начальникам для раздачи машинистам, слесарям и прочим с платой за экземпляр 5 руб., для бедных допустил и рассрочку (какой милостивый!); но так как эта книга была составлена теми же техниками и чертежниками, которые служили под ведением его и получали содержание с общества дороги, то, как нам кажется, дорого изволил назначить Зелихман с нашего рабочего за свою книгу. Скоро приближается день рождения Л.Л. Зелихмана, опять подписка на покупку дорогого серебряного сервиза ко дню его семейного торжества; опять добровольные приношения (собирали и по 500 руб.). Бедные русские люди несут свои трудовые копейки!..».

Что же это за книга Зелихмана, макароны с его завода и дома, сдаваемые под управление железной дороги, о которых с иронией писал журналист «Саратовского дневника»?

Поступив на должность в службу тяги, инженер Зелихман столкнулся с проблемой – по ремонту локомотивов не было ни одной книги, пособия или справочника на русском языке. Во введении к своей книге «О современном лучшем устройстве и ремонте частей локомотивов и тендеров», изданной в самарской типографии Г.В. Сербулова в 1881 году, он отмечал: «Кроме личных наблюдений во время моей долголетней практики, я пользовался сочинениями о локомотивах Гейзингера фон Вальдегга, Гошлера, результатами Ретенбахера и других. При отсутствии по предмету книги какого-либо сочинения на русском языке, я позволяю себе надеяться, что настоящий мой труд, при всех своих недостатках, может быть не бесполезным для желающих ознакомиться с современным устройством и ремонтом локомотивов и тендеров. Считаю долгом сказать, что указания на те или другие недостатки этого труда будут приняты мной с особенным удовольствием и благодарностью». Данную монографию Зелихман посвятил своему учителю профессору И.А. Вышнеградскому. Экземпляры книги были разосланы по разным железным дорогам и учебным заведениям. Оригинал книги Л.Л. Зелихмана, который листали мы, хранится в Самарской областной универсальной научной библиотеке и, судя по «стикерам» на форзаце, этот единственный сохранившийся у нас экземпляр когда-то входил в фонды библиотеки Самарского реального училища имени Александра Благословенного.

27-min

В 1880 году перед Л.Л. Зелихманом совместно со службой пути и зданий была поставлена задача найти место и выстроить на нем дом для управления контроля Оренбургской железной дороги. Инженер присмотрел обширное дворовое место на углу Саратовской и Москательной (ныне Фрунзе, 114 – 116 / Льва Толстого, 25) в 67 квартале города и каким-то образом приобрел его на свое имя.

Это место ранее, с конца 1840 по 1880-е годы, принадлежало дворянам жене Г.С. Аксакова С.А. Аксаковой (ур. Шишковой), А.А. Шишкову, затем купцу Н.С. Зефирову по доверенности от брата губернского прокурора А.С. Зефирова, позже мещанину И.Н. Ржанову. После покупки дворового места у И.Н. Ржанова инженер-технолог Зелихман в 1882 году отремонтировал каменный двухэтажный дом с мезонином по Москательной, построил одноэтажную каменную лавку с жильем по Саратовской (единственное сохранившееся здание Зелихмана по ул. Фрунзе, 114), а в 1883 году возвел на существующем каменном подвальном этаже дом на углу Саратовской и Москательной.

29-min

Ремонт и стройки на месте Зелихмана в 1882 – 1883 годах были произведены за счет акционерного общества Оренбургской железной дороги и с использованием его стройматериалов.

В домах инженера Льва Львовича Зелихмана по Москательной улице с 1883 по 1897 годы поочередно располагались учреждения: Управление контроля Оренбургской железной дороги, Управление по постройке Самаро-Уфа-Златоустовской железной дороги, с 1893 года Управление контроля Самара-Златоустовской дороги с Оренбургской веткой. Железнодорожные учреждения платили Зелихману арендную плату от 6 до 7 тысяч рублей в год в разное время.

28

30-min

Подобное свободное распоряжение ресурсами Оренбургской железной дороги вызывало справедливую критику. Местный инспектор дороги в своем докладе от 24.01.1883 отмечал, что деятельность Зелихмана и «другие его коммерческие предприятия нетактично компрометируют тот пост, который он занимает». Однако у инженера Зелихмана на железной дороге были как недоброжелатели, так и покровители. По крайней мере, свою службу начальник тяги закончил с двумя серебряными медалями «За усердие» – шейной на Станиславской ленте и грудной на Аннинской ленте.

Другим крупным арендатором помещений с середины 1880-х годов на дворовом месте Зелихмана был германский подданный, временный самарский купец Оскар Карлович Кеницер. В 1874 году купец О.К. Кеницер открыл в Самаре ТД «Кеницер и Ко в Самаре» и склад по продаже земледельческих машин и орудий, в 1882 году запустил макаронный завод на улице Садовой, 125, в середине 1880-х годов организовал еще одно отделение макаронной фабрики в помещении служб на дворовом месте Зелихмана на углу Саратовской (Фрунзе) и Москательной (Льва Толстого), в 1889 году открыл третье отделение макаронного предприятия в 71 квартале на Дворянской, построив двухэтажное здание рядом с дворовым местом И.Л. Санина про проекту некоего А.А. Шрадера.

По прошению от 12 апреля 1891 года О.К. Кеницер на месте Л.Л. Зелихмана на углу Москательной и Саратовской по проекту городского архитектора А.А. Щербачева выстроил заводские службы котельной и сушильни. Это был один из первых проектов А.А. Щербачева в Самаре, который почему-то не упоминается в литературе. Помимо конторы дороги и макаронной фабрики, арендовавших помещения Льва Зелихмана, в списке домовладельцев 1897 года указаны квартиранты: Р.Т. Иванов, А.П. Шибер, А.С. Чернышев и партнер О.К. Кеницера – К.А. Леман.

31-min
32-min

В 1897 году Самарское земство приняло решение о покупке земли и строительстве здания Самарской губернской земской управы. Во второй половине января 1898 года было подано 13 заявлений от лиц, желавших продать свои усадебные места под земское строительство. Располагая дворовым местом на углу Саратовской (Фрунзе) и Москательной (Л. Толстого) стоимостью 14 000 руб. для взимания налогов, а рыночной ценой до 30 000 руб., Зелихман принял участие в конкурсе на продажу земли Самарскому земству. Он заявил астрономическую цену своему месту — 60 000 руб. с учетом скидки. Земцы начали осмотр усадьбы Зелихмана.

33-minИз списка домовладельцев города Самары 1897 года.

Пока самарское губернское земство принимало решение, в «Самарской газете» 22 января 1898 года будто бы невзначай вышла заметка «Дом Зелихмана»: «Дом Зелихмана, в котором теперь находится контроль Самаро-Златоустовской железной дороги, покупается мелекесским купцом Марковым, и таким образом контролю придется искать для себя новое помещение, так как согласно контракта его с домовладельцем, он арендовал два дома лишь до мая текущего года. Предполагается, как говорят, снять для контроля дом Вощакина (теперешнее помещение мужской гимназии)». Полагаем, что эта заметка была специально опубликована по заказу Л.Л. Зелихмана, дабы повысить ставки в деле выгодной продажи своей усадьбы самарскому земству.

Конечно же, знаменитый мелекесский промышленник и виноторговец, посадский голова, купец К.Г. Марков, которому ныне в Димитровграде (Мелекессе) установлен памятник, остался не у дел с покупкой дома Льва Зелихмана. 29 апреля 1898 года у инженера-технолога, владельца самарской спичечной фабрики «Волга» Льва Львовича Зелихмана самарским земством за 60 000 руб. была приобретена земля во второй полицейской части города Самары, в северо-восточной части 67 квартала на углу улиц Москательной и Саратовской по купчей крепости, совершенной нотариальным порядком. Сегодня на бывшем месте Зелихмана мы видим шикарные бывшие здания земской управы (ныне угол улиц Л. Толстого, 25 и Фрунзе, 114 – 116) 1899 и 1913 – 1914 годов постройки, которые относительно недавно были отреставрированы.

34-min
Дворовое место на углу Саратовской (Фрунзе) и Москательной (Л. Толстого), принадлежавшее в 1881 – 1898 годах инженеру-технологу I разряда Льву Львовичу Зелихману

Инженер Лев Зелихман – еврей-интеллигент небольшого роста с маленькими руками и ранней пролысиной, с глазами, полными веселой хитрецы, с усами «шеврон», непоседа и балагур, очень предприимчивый человек – его все любили, несмотря на то, что дела этого субъекта иногда шли рука об руку с откровенным мошенничеством. Многие закрывали глаза на приемы и схемы Льва Львовича, а некоторые представители торгово-промышленного мира Самары называли его просто «палочкой-выручалочкой», когда было необходимо получить срочную консультацию по организации завода, фабрики, нового цеха, заказу и закупке машин и станков, других активов, устранить поломки или решить любую техническую задачу.

После перехода Оренбургской железной дороги из собственности акционеров в ведение казны инженер Лев Зелихман покинул службу в 1893 году, купил фабрику шведских спичек «Волга» Г.Б. Кана на Петропавловской площади в доме Кожевниковых и открыл свою строительно-техническую контору. Пять лет контора не имела своего помещения. С 1898 года в местной прессе он давал только такие объявления: «Техническая контора инженер-технолога Зелихмана принимает заказы на поставку всевозможных машин, устройство фабрик, заводов, а также составление планов и смет жилых домов и других архитектурных построек, и наблюдение за производством работ при участии специалиста архитектора». Указывался домашний адрес Зелихмана: «Саратовская улица, большой дом Челышева, кв. № 12» (ныне Фрунзе, 56).

35-min
Рекламное объявление Л. Зелихмана, 1898 год

С 1900 года, согласно объявлениям, Лев Львович Зелихман снимал отдельное помещение под контору в доме А.Е. Афанасьева (Паншина) на улице Дворянской, 90 со складами во дворе (ныне Куйбышева, 76). За аренду помещений платил 1 200 руб. в год.

Техническая контора инженер-технолога промышленного производства I разряда Льва Львовича Зелихмана занималась проектированием и обустройством под ключ заводов, фабрик, мастерских, проектированием и строительством жилых домов, выпиской и поставкой новейших паровых машин, водяных, ветряных, нефтяных двигателей, приводных ремней, керосиновых и газовых моторов, аккумуляторов, водопроводных, дымогарных, газовых, чугунных, медных и свинцовых труб, керамических труб знаменитых Боровических заводов, ассенизационных или обычных насосов (американские насосы «Блэк»), а также водопроводных промышленных или домашних фильтров «Симплекс».

36-min

Рекламное объявление конторы Л. Зелихмана в доме Афанасьева (Паншина), 1900 год

37-min
Дом А.Е. Афанасьева (Паншина) на улице Куйбышева, 76, где в 1900 – 1918 годах находилась техническая контора инженер-технолога I разряда Льва Львовича Зелихмана

Фирма инженера разрабатывала и осуществляла проекты водопроводов, канализации, электрического освещения, парового отопления низкого давления «по усовершенствованной технологии» и водяного отопления, ассенизационных систем (обозов). В конторе можно было приобрести или заказать огнеупорный кирпич, изразцы для печей заграничных и русских заводов, переносные печи для домов и магазинов, любой инструмент, в том числе хирургический и физико-механический (например, инструменты «Граф и Ко» в Киеве),  ванны, умывальники, клозеты, холодильники, противопожарное оборудование, резервуары емкостью от 25 до 100 тысяч пудов для нефтяных продуктов, спирта, воды или пшеницы и даже экипажи для выезда, велосипеды, сельскохозяйственную технику (например, германского завода «Вадения»). Через инженера можно было купить или продать завод, фабрику или мельницу на ходу. Л.Л. Зелихман являлся официальным представителем в Самаре знаменитых московских заводов: кузнечно-литейного, меднолитейного и механического завода инженера А.В. Бари в Тюфелевой роще (котлы, топки, резервуары, водотрубные котлы системы Шухова), АО чугунолитейного, механического и машиностроительного завода Густава Листа за Бутырской заставой и на Софийской набережной (водопроводное и противопожарное оборудование, вентиляторы, весы), общества механических заводов братьев Бромлей (паровые машины «Компаунд», двигатели, лесопильные станки, насосы, локомобили, пароходские принадлежности).

У технической конторы инженера Льва Львовича Зелихмана была масса клиентов – это совершенно ясно. Но, к сожалению, нам доподлинно известны только некоторые в Самаре: механический и чугунолитейный завод техника Н.М. Платкова, чугунолитейный и механический завод и бумажная фабрика Н.И. Лебедева и В.В. Парадеева, меднолитейный и механический завод М.К. Вейка, макаронная фабрика О.К. Кеницера, кондитерская фабрика А.А. Савинова и И.В. Каргина, кондитерская фабрика С.М. Решетникова и А.В. Косолаповой, керосиновый и нефтяной магнат И.Е. Дочар, АО братьев Нобель, Самаро-Златоустовская железная дорога, обращавшиеся по вопросам отопления, освещения и ассенизации домовладельцы, купцы братья Сурошниковы, Е.А. Субботина, Д.Е. Челышов, М.Ф. Вощакин.

38-min
39-min
Чугунные люки, выполненные по заказу Зелихмана, в одном из самарских двориков

В феврале 1913 года газета «Волжское слово» к празднованию 300-летия Дома Романовых отмечала: «Самарское купечество не поскупилось на иллюминацию. Выделялись особенно дома Д.Е. Челышова на Саратовской и Алексеевской, разукрашенные транспарантами и лампионами, дом купца В.М. Сурошникова, украшенный Мономаховой шапкой из электрических фонарей…». Именно на этих объектах постарались электротехники инженера Зелихмана.

Лев Львович был и активным кредитором самарских предприятий. Суммы кредитов были небольшими, но приносили ему определенный доход. В описях имущества и долгов умершего купца и заводчика Н.И. Лебедева мы нашли упоминания о десятках выданных Зелихманом кредитов. В 1915 году инженер наряду с владельцем кирпичных заводов купцом И.Е. Ильиным, купцом-бакалейщиком М.А. Егоровым-Андреевым, управляющим отделением товарищества «В. Высоцкий и Ко» Л.Ф. Хейфецем и неким дельцом И.И. Райхманом вошел в Совет кредиторов кондитерской фабрики ТД «А.В. Косолапова и С.М. Решетников».

40-min
41-min
Объявления Л.Л. Зелихмана, 1900, 1901, 1907, 1908 годы
43-min

В 1894 году Зелихман совместно с владельцем самарского охотничье-оптического магазина и велодрома, купцом Францем Андреевичем (Антоновичем) Нейманом открыл самарское комиссионерство Русского Торгово-Промышленного Коммерческого банка. Дело пошло, и уже в 1896 году петербургской дирекцией было создано полноценное отделение банка под управлением финансиста А.С. Медведева. Инженер также являлся агентом «Страхового общества 1844 года», а с 1905 года Российского общества страхования капиталов и доходов.

В 1915 году Л.Л. Зелихмана разбил инсульт, он тяжело передвигался, не работала правая рука, поэтому все заботы по технической конторе с правом подписи он передал сначала одному своему зятю – З.В. Клейнерману, а затем другому, опекуну по завещанию – С.Л. Жуковскому. Бог не дал Льву Львовичу сыновей, поэтому Зелихман с присущим ему умом выбрал отличные партии для красавиц-дочерей. Дочь Мария была выдана за гражданского инженера министерства путей сообщения из Петербурга (там же молодожены и проживали до 1915 года) Самуила Лазаревича Жуковского. Дочь Раиса вышла замуж за некоего инженера Абрама Гуровича, о котором нам, увы, ничего не известно, кроме того, что у молодой четы родилась дочь Нина. Дочь Зелихмана Лидия в 1896 году стала женой гражданского инженера, инженера-техника службы пути и зданий Самаро-Златоустовской железной дороги, младшего архитектора Строительного отделения губернского правления Зельмана Вениаминовича Клейнермана. У них родилась дочь Мариам, умершая в младенчестве, и сын Александр, который в начале 1950-х годов, по данным самарского исследователя Игоря Махтева, эмигрировал в Бразилию. Был и младший сын Михаил Зельманович. Внук З.В. Клейнермана Леонид Михайлович Клейнерман, по сведениям педагога, лидера общества еврейской культуры «Тарбут Лаам», писателя и краеведа Цили Сегаль проживал в начале 2000-х годов в городе Казани. Он и предоставил самарским исследователям фотографии и портрет своего прадеда Льва Львовича Зелихмана. Архитектор, гражданский инженер Зельман (Зульрих) Вениаминович (Беньяминович) Клейнерман являлся автором проектов многих известных в Самаре и губернии жилых, общественных и промышленных зданий, закономерно продвигался по чинам от титулярного советника до надворного советника, но за почти 20 лет службы в губернском правлении так и остался младшим инженером, несмотря на появлявшиеся вакансии на повышение.

У инженеров Л.Л. Зелихмана и З.В. Клейнермана сложился крепкий, выгодный творческий союз. Да и жили инженеры первое время после женитьбы Клейнермана на дочери Зелихмана в одной квартире – в доме Маликова, летом же на даче Плешанова, а позднее в одном подъезде дома Челышова.

44

Лев Львович Зелихман передавал своему зятю и его техникам-чертежникам с железной дороги поступавшие в техническую контору заказы на проектирование зданий и построек. Осенью 1903 года председатель хозяйственного правления самарской общины Моисеева закона Л.Л. Зелихман сделал свой главный заказ Клейнерману — на составление проекта хоральной синагоги. Рассказывая о личности и делах владельца спичечной фабрики Льва Зелихмана, невозможно не коснуться его работы на благо самарского еврейского общества.

Появившись в Самаре, Л.Л. Зелихман сразу занял видное место в жизни местных евреев. Заведовал содержанием и управлением хозяйством двух молитвенных домов на Николаевской улице в доме Г.Д. Маркисона (Чапаевская, 84б) с 1880 года и в доме М.А. Чаковского (Чапаевская, 138) с 1887 года. В 1851 году в Самаре проживало 49 евреев, в 1874 году уже 348 евреев. Отчасти это были купцы I гильдии или лица с высшим образованием (инженеры, аптекари, юристы), но большинство отставные солдаты. Ввиду нехватки в городе Самаре ремесленников – часовщиков, портных, сапожников, скорняков, жестянщиков — 15 октября 1882 года инженер-технолог Зелихман совместно с инженером Я.М. Шефтелем, а также купцами М.А. Чаковским, В.П. Вайнбергом, А.Д. Мовшовичем и М.И. Левинским подали инспектору народных училищ Самарского уезда прошение о разрешении устройства и содержания на собственные средства еврейской школы при молитвенном доме с ремесленным отделением для беднейших еврейских детей из семей отставных рядовых. На это прошение председателем уездного училищного совета, самарским уездным предводителем дворянства, отцом писателя Алексея Толстого, графом Н.А. Толстым был дан потрясающий ответ: «Еврейские дети могли бы учиться в городских начальных училищах, а свое вероучение изучать в свободное время у раввина в молитвенном доме… Я уверен, что создание такого ремесленного отделения пойдет прекрасно и цель евреев, плотно усевшись в городе Самаре, захватить в свои руки как ремесла и кустарную промышленность, так со временем и хлебную торговлю будет достигнута. Тяжелым бременем ляжет на местное население подобное преобладание евреев; наш богатый край рискует попасть в руки этих опытных эксплуататоров. Наши евреи в данном случае просят, казалось бы, немногого; но если им только будет дозволено открыть школу с ремесленным отделением, то они широко разовьют это дело, массы их ремесленников наводнят Самару и вскоре все местное производство и ремесла очутятся в их алчных руках».

При чтении этого ответа, хранящегося в госархиве, вспоминалась и стояла перед глазами книга черносотенца и антисемита, в будущем пособника гитлеровцев, дворянина Н.Е. Маркова «История еврейского штурма России», хотя подобный взгляд на евреев, увы, часто встречался в среде немногочисленного консервативного самарского дворянства в 1880-х годах. Через какое-то время школу с ремесленным отделением, конечно, разрешили открыть, а в 1910-х годах, благодаря усилиям Льва Зелихмана, появились и другие еврейские училища.

45-min
Молитвенные дома на Николаевской улице (Чапаевской, 84б (верхнее фото) и 138)
46-min

В 1895 году еврейская община насчитывала 1311 человек, что составляло почти 1,5% населения Самары. Община Моисеева закона была официально признана самарскими властями и избран первый казенный раввин, которым стал инженер-технолог Л.Л. Зелихман. Однако уже через два года, не отработав положенного срока, Зелихман подал в отставку и на его место назначили сына известного доктора М.А. Гринберга – присяжного поверенного Иосифа Гринберга. Льва Зелихмана не устраивала должность казенного раввина – работа по составлению отчетов и документов для губернских властей о жизни общины, заполнению книг о родившихся, бракосочетавшихся, разведенных или умерших евреях. Это скучное, хотя и важное, бюрократическое крючкотворство претило инженеру, душа его требовала больших дел. В 1899 – 1915 годах Лев Львович Зелихман – бессменный председатель Хозяйственного правления еврейской общины. В одном из архивных дел есть указание на посещение Зелихманом собраний партии конституционных демократов (кадетов). Он стоял у истоков многих славных еврейских предприятий – организации Еврейского потребительского общества (1907), Самарского отдела общества распространения просвещения среди евреев в России (1909), Самарского отделения Петербургского литературного еврейского общества (1911), Самарского еврейского благотворительного общества (1911). Но самым значимым делом для Л.Л. Зелихмана стало строительство синагоги в Самаре в 1903 – 1908 годах по проекту его зятя архитектора Зельмана Клейнермана. К этому времени здания молитвенных домов на Николаевской «стали малы для более чем 300 самарских еврейских семейств, не считая солдат», а также «недостаточны в гигиеническом отношении». Поэтому 4 ноября 1903 года Хозяйственное правление общины под руководством Льва Зелихмана обратилось к самарскому губернатору с прошением о разрешении строительства большой хоральной синагоги «вместо двух существующих молитвенных домов».

Лев Львович Зелихман был инициатором и истинным организатором возведения синагоги. Совместно с членами Хозяйственного правления еврейской общины он обеспечил сбор средств на строительство, проводил конкурс на приобретение земли под стройку, в результате которого были куплены дворовые места у наследников владельцев кирпичных заводов купцов Захара и Тихона Рябовых на улице Садовой. Через Зелихмана проходило утверждение чертежей архитектора З.В. Клейнермана, шла закупка всех стройматериалов. На одном из листов проекта самарской синагоги в госархиве мы нашли занятную записку З.В. Клейнермана: «Чертеж… для передачи Зелихману. Его зять Клейнерман».

47-min
Фасад синагоги, миква и записка Зелихману из проектов З.В. Клейнермана, 1903 год

Неутомимый инженер участвовал в проектировании миквы (помещения для ритуального омовения), занимался вопросами водопровода и слива, подведенного к трубе знаменитой бани Челышова, принимал инспекции контролеров строительства синагоги – самарских губернских и городских архитекторов и инженеров Ф.А. Черноморченко, А.А. Волошинова, П.В. Шаманского, полицмейстера В.В. Критского, служащих губернского правления и комиссии гласных городской думы. На нем лежала ответственность за прием инженера Иоганна Франца, приезжавшего от поставщика железобетонных конструкций и колонн с чугунными частями фирмы АО «Альфонс Кустодис» для проведения испытаний. Представляя себе характер господина Зелихмана, мы уверены, что он часто присутствовал на стройке вместе с «архитектором-производителем» Зельманом Клейнерманом и его помощником, молодым техником с железной дороги Рафаилом Николаевичем Маргулисом, и, наверное, не упускал случая дать бесценный совет. Так как Клейнерман проектировал и строил здание синагоги безвозмездно, то по предложению Льва Зелихмана архитектору и его семье передали постоянное бесплатное место в храме.

В госархиве хранится интересный документ для торжественного подношения формата A2, напечатанный типографским способом и набранный огромным кеглем «Свидетельство господину губернскому инженеру архитектору Зельману Беньяминовичу Клейнерману»: «Хозяйственное правление самарского еврейского молитвенного дома, используя постановление Общины собрания от 10.01.1910, преподносит Вам в знак признательности за Труды, понесенные Вами безвозмездно по составлению проекта и сооружению в течение 5 лет здания молитвенного дома на Садовой улице, сие свидетельство на место № 6 у восточной стены с левой стороны и женское боковое место в первом ряду на правой галерее на вечное время». 31 августа 1908 года состоялось торжественное открытие и освящение синагоги, выстроенной в мавританском стиле. Событие хорошо описано в краеведческой литературе.

Синагога

Заметим лишь, что в статье об этом мероприятии в газете «Волжское слово» от 2 сентября 1908 года говорилось: «…вице-губернатор провозгласил тост за Его Величество, покрытый громким «ура», а затем поздравил с успехом инициаторов постройки здания синагоги. Вице-губернатору отвечал представитель общины г. Зелихман. Он, отметив просвещенное и благожелательное отношение, какое всегда проявляла к евреям Самары высшая местная администрация, провозгласил тост за отсутствующего губернатора В.В. Якунина и вице-губернатора С.П. Белецкого. Представитель общины также благодарил полицмейстера г. Критского, подчеркнув, что именно благодаря такту и умению полицмейстера, евреям Самары не пришлось подобно евреям других городов, испытывать в дни объявления свободы (свободы совести и других буржуазных свобод по Манифесту 17.10.1905 – Авт.) величайших бедствий и погромов… Выражена благодарность со стороны еврейского населения инициаторам постройки здания Л.Л. Зелихману и другим, как лицам, достойно доведшим до конца, имеющее огромное значение для самарских евреев, дело созидания синагоги…».

49


Текст и иллюстрации: Павел Попов

Следите за нашими публикациями в Telegram на канале «Другой город»ВКонтактеFacebookInstagram и Twitter

HYPER_COMM

comments powered by HyperComments

HYPER_COMM