ПАМЯТНИКОВ КАК ГРИБОВ

Как прошла первая встреча общественного совета по защите архнаследия

 783

Автор: Евгений Нектаркин

— Всю эту архитектуру под ноль! Дайте нам тёплый туалет в конце концов, — обобщил основное требование своих избирателей депутат по Самарскому району Игорь Рязанов. — В XXI веке как-то неудобно сидеть в холодном туалете.

Это была кульминация первой встречи общественного совета при областном управлении охраны объектов культурного наследия, состоявшейся 22 сентября в Доме архитектора. А поначалу мероприятие обещало быть скучным и рутинным.

Ну чего можно ожидать от консультативного коллегиально-совещательного органа, созданного по указке сверху и состоящего из специально обученных людей, которые одобрят любое “решение партии”. Но что-то пошло не так, в совете оказались люди без подготовки, и первая встреча защитников наследия прошла живо и интересно.

Совет создан для контроля за сохранением ОКН, экспертизы архитектурно-строительных, реставрационных проектов, продвижения инициатив “снизу” и прочего взаимодействия общества с властью и бизнесом. Понятно, что совет не может наложить вето даже на самый дичайший строительный проект в центре, но есть надежда, что мы о нём узнаем до того, как экскаваторы приступят к зачистке площадки.

Примечательно, что в составе совета нет ни одного чиновника — архитекторы, реставраторы, депутат, журналист, представители общественных организаций. Подробнее о функциях нового органа и персональном составе читайте в приказе управления охраны.

***

С приветственным словом выступила Галина Гусарова, член Общественной палаты Самарской области, и попросила участников совета не выносить сор из избы, как это делает ОНФ: “Найдут что-нибудь в госзакупках — и сразу в СМИ”.

Затем Владимир Филипенко рассказывал о деятельности своего управления. Демонстрировал динамику, сыпал цифрами, процентами и прочей статистикой, усыпляя слушателя, как это могут делать наши чиновники: всего в Самарской области памятников архитектуры и археологии — 4212, из них в едином государственном реестре ОКН 708 (по состоянию на 01 июня 2016 года). Памятников архитектуры — 1652, внесено в реестр — 683. Для подготовки к ЧМ-2018 на реставрацию ОКН будет выделено 2,25 миллиарда рублей. Об этом мы уже неоднократно писали, а вы читали.

Самое интересное началось по завершении презентации руководителя Управлении охраны объектов культурного наследия. Игорь Рязанов, депутат городской думы, решил вступиться за строителей, вызвав оживлённую дискуссию.

— Я одной рукой депутат, второй рукой — председатель комитета по строительству и земельным отношениям городской думы Самары.

Ко мне приходят как одни, так и другие. Жители мне говорят: “Всю эту архитектуру под ноль! Дайте нам в конце концов тёплый туалет. В XXI веке как-то неудобно сидеть в холодном туалете. Наверное, я их понимаю.

Когда приходит застройщик, кладёт план города на стол и спрашивает, а где я в центре могу что-то построить, когда у нас все накрыто зонами охраны? У нас же центр практически до Полевой накрыт зонами охраны и заходить никому нельзя. Как я могу сказать своему избирателю о том, что вас скоро расселят?

— Весь вопросс чем заходить в город,   — парировала Валентина Субботина, председатель регионального ВООПИиК.

— С чем бы я ни заходил, там всё накрыто, — продолжил Рязанов -- Там сегодня историческое и культурное наследие. Я хочу сказать общественности, которая ратует за сохранение неких объектов культурного наследия: пока мы их будем плодить как грибы, мы их никогда не отреставрируем.

Вот мне показывают картинки, на которых изображены отреставрированные дома, но я смотрю — среди них нет ни одного памятника деревянного зодчества. Почему? Потому что кому-то стыдно их сюда включать. Пройдёт ещё десяток лет, и они сгорят или сами развалятся.

Давайте перенесём эти дома, выделим линию у Ленинского мемориала. Не все 350, а те, которые стоит перенести. Потому что пока у нас руки до них дойдут, от них ничего не останется.

Валентина Субботина возразила:

— Большая часть деревянных домов — это средовая застройка, и каждый конкретный дом может не являться памятником, но он является элементом города. Зачастую ценность таких домов не в том, что они построены замечательным архитектором, а в том, что они создают ткань города, историческую среду.

Рязанов: — Весь вопрос в экономике. Мы должны понимать, что город у нас двухэтажным не останется. Давайте подойдём к этому вопросу дифференцированно. Может, выделим деньги на перенос каких-то зданий, чтобы освободить целый квартал, за счёт которого можно было бы что-то сделать.

Субботина: — Чтобы сделать там убогий спальный район?

В диспут вступил Александр Косырев, представитель общественной организации “Российское общество инженеров”:

— В своё время у нас был секретарь обкома Владимир Павлович Орлов. Каждую весну и осень он собирал всех строителей и архитекторов на пароход, и мы ходили по Волге — мы обозревали панораму города. Бывало, Моргуну (главный архитектор Куйбышева с 1965 по 1987 год — прим. ред.) доставалось здорово: а что это у тебя там вылезло?

— Мне беды строителей понятны, но сегодня мы собрались для решения вопросов культурного наследия. Если мы будем их с точки зрения строительства, мы ничего не сохраним. Мы построить сможем, а сделать старое никогда.

Я считаю, что в городе со старой застройкой строить дома выше четырех этажей нет никакого смысла. У нас что земли мало? Земли навалом. Мы с вами должны заниматься сохранением наследия, а проблемы строителей пусть решают в правительстве.

— У всех проблем есть решение, — выступил миротворцем Владимир Филипенко.

На том и порешили.