«Памятники нужно оберегать»

Столетняя лепнина, война за двор и саботаж соседей: история Регины Дрозд и ее «Формограммы» в городской усадьбе купца Гребежева

 534

Автор: Евгения Новикова

.

,

Галерея современного искусства и дизайна «Формограмма» возобновила свою работу после переезда на Молодогвардейскую, 80 в 2017 году. На первом этаже усадьбы купца Гребежева не только продают оригинальную мебель, предметы искусства и аксессуары для интерьера, но и периодически проводят выставки, фестивали и открытые лекции. Владелец галереи Регина Дрозд согласна заботиться о памятнике архитектуры по правилам минкульта и уверена, что «Формограмма» находится на своем месте. Но пока ей приходится сражаться за него с соседями — Самарским государственным колледжем.

Регина рассказала «Другому городу» о том, как на владение влияют охранные обязательства ОКН, что нужно учитывать при покупке помещения у банка и почему делить здание с госучреждением совсем неудобно. 

Сладкое прошлое

Сначала «Формограмма» работала на Некрасовской, 60 – мы арендовали помещение. Но для такой галереи, как наша, аренда выходит довольно дорого, поэтому я решила, что лучше все-таки купить свое. Искала целенаправленно в историческом центре Самары, но не проводила никаких маркетинговых исследований и тому подобное – мне просто нравится эта локация. Потом, когда мы купили помещение на Молодогвардейской, 80, я стала узнавать историю места – в свое время это была центральная улица города, где строили дома самые богатые горожане. И по ней жители совершали такой променад к храму на Соборной площади.

Мне нравится, что застройка здесь не тронута большими современными зданиями, все довольно плотно, и у нашего здания есть внутренний двор – очень хотелось, чтобы у нас была возможность проводить летом мероприятия на улице. Но я не подозревала тогда, как трудно будет этого добиться.

Молодогвардейская, 80 относится к объектам культурного наследия, по паспорту это «городская усадьба купца первой гильдии Гребежева — городской купеческий особняк с торговыми помещениями и службами». На первом этаже у купца был магазин, а на втором — жилые комнаты. Во дворе — мастерские и склады, куда заезжали через арку. Насколько мне известно, у Гребежева здесь располагался кондитерский магазин, и поэтому когда-нибудь я реализую свою мечту и сделаю в нашей галерее красивый выставочный проект, посвященный кондитерскому искусству.

SONY DSC

Меня не пугало, что наше помещение относится к памятникам архитектуры, даже наоборот. Я очень трепетно отношусь к объектам культурного наследия и согласна, что их нужно оберегать и восстанавливать первоначальный вид. Конечно, я готовилась к покупке и узнавала все юридические тонкости, ездила в министерство культуры Самарской области, общалась с Александром Аксариным [консультантом самарского УГООКН, которое тогда еще входило в структуру министерства — прим. авт.]. Он дал мне все необходимые разъяснения, рекомендовал организацию, у которой есть лицензия на проектирование подобных объектов.

Объект культурного наследия регионального значения «Городская усадьба купца 1-ой гильдии Гребежева А.И. Доходный дом с торговыми помещениями и службами. Городской купеческий особняк с торговыми помещениями и службами» (Молодогвардейская 78-80).

Александр Гребежев владел кондитерской фабрикой и мыловаренным заводом. Это усадебное место он купил в 1906 году. На тот момент здесь стояли два одноэтажных каменных дома, крытых железом, которые использовались под магазины. В июле 1907 года Гребежев подал заявление в Городскую Управу с просьбой утвердить проект на постройку трехэтажного дома. Проект в архиве не сохранился, но его авторство самарские краеведы безоговорочно приписывают архитектора Федору Черноморченко. Постройка дома завершилась к 1909 году.

В советское время на первом этаже дома Гребежева располагались продуктовые магазины. На втором этаже — механико-технологический техникум.

Под шикарным потолком

Я считаю, что довольно выгодно выкупила это помещение у банка, и налоги на собственность меня устроили. Но был промах – мы заранее не узнали про подключенные мощности. Помещение пустовало 2-3 года, пока было во владении банка, и он разорвал договоры по теплу и электричеству. Документов о мощностях не было, пришлось заново подавать заявление, заключать договоры. Раньше в здании были гораздо большие мощности, а мы получили стандартный набор, который теперь вынуждены постоянно контролировать. Для некоторых мероприятий требуется мощное техническое оснащение, и приходится следить, чтобы нагрузки не превышали наши возможности.

Изначально тут был роскошный потолок, но все остальное было ужасно — в гипсокартоне, малый зал был поделен на маленькие комнаты — видимо, там были подсобные помещения вроде бухгалтерии. Мы все очистили до кирпича, сам кирпич очистили от краски. Перепланировки у нас не было, скорее, наоборот — мы возвращали зданию его первоначальный вид. На ремонт ушло 7-8 месяцев.

Перед ЧМ-2018 нужно было привести в порядок фасад – тогда мы только открылись, и нелегко было найти на это деньги. Но в министерстве культуры пошли на встречу — для владельцев бизнеса на туристическом маршруте упростили условия ремонта – не нужно было проходить много экспертиз и согласований, и все получилось довольно быстро.

По охранному обязательству мы не можем ничего менять в фасаде и лепнине на потолке — это предметы культурного наследия. Все остальные строительные действия должны быть согласованы с отделом по охране памятников архитектуры. Любые, даже если мы собираемся просто штукатурить или красить. Меня это не смущает, думаю, что это правильно. Жаль только, что нельзя сделать лестницу с первого этажа здания в подвальное помещение. Изначально я планировала создать там дополнительное выставочное пространство, но это уже серьезное вмешательство в несущие конструкции, поэтому процедура экспертизы и проектирования здесь значительно сложнее и во много раз дороже. К тому же не факт, что это будет согласовано федеральными экспертами.

Война за двор

Основным минусом, к сожалению, оказалось соседство с Самарским государственным колледжем, который занимает все здание. Мы здесь уже третий год, и никак не можем найти с ним общий язык, хотя поначалу мне казалось, что никаких преград во взаимопонимании у нас не может быть, а наоборот — много возможностей для сотрудничества. В колледже обучают специальностям, которые пересекаются с нашей деятельностью — дизайн, например. Кроме того, мы проводим много культурно-просветительных мероприятий, которые были бы полезны и студентам, так же это могли бы быть совместные выставки, открытые лекции и другие интересные для студентов проекты.

Наша первая встреча с директором Оксаной Шалдыбиной, как мне показалось, прошла в позитивном ключе, но потом сразу же начались репрессии. Нам отказались выдать ключи от автоматических ролл-ставен в арке, в связи с чем мы и наши гости не могли пользоваться входом через двор, а так же самим внутренним двором, не говоря уже о проведении мероприятий на открытом воздухе. Если наши гости выходили во двор, тут же сотрудники колледжа требовали покинуть территорию, ссылаясь на постановление о террористической опасности. Почти два года мы пытались отстаивать свои права мирным путем, с помощью переписок и переговоров. Но после чемпионата мира по футболу я была вынуждена обратиться в суд, так как часть земельного участка принадлежит мне на правах собственности, и я могу использовать его по своему усмотрению, не нарушая законы РФ.

Судебное разбирательство мы выиграли очень легко, хотя у меня были опасения, что суд может принять сторону бюджетной организации, как делали все госучреждения, в которые мы обращались за помощью. Но к моей несказанной радости, судья оказался справедливым и закон победил.

Уже через месяц после суда мы провели первый фестиваль, посвященный экологическому образу жизни. Он длился два дня. Во дворе работали творческие мастерские для взрослых и детей, небольшой фудкорт, зоны отдыха для родителей и игровые — для детей. Вечером там выступали молодые самарские музыканты.

Уже вечером и утром следующего дня мы получили массу благодарных сообщений и позитивных отзывов от всех, кто посетил наш фестиваль — это очень вдохновляет на движение вперед и развитие такого формата досуга для жителей Самары и гостей города.

Мне с самого начала казалось очевидным, что сделать хороший двор для студентов и гостей, дать всем возможность ходить на продвинутые лекции, проводить выставки на открытом воздухе и тому подобное лучше, чем защищать свое хозяйство от «посягательств» галереи. Мы ведь работаем в смежных с образовательным учреждением сферах. Галерея привлекает в это место творческий кластер, интересных людей и проекты, делает свой вклад в развитие городской культуры, занимается просветительской деятельностью. Это актуально и для развития старого центра, есть уже множество программ городского и областного уровня, которые направлены на появление таких проектов, как наш.

????????

К сожалению, саботаж и мелкие пакости со стороны колледжа продолжаются. Например, теперь в нашем общем дворе образовалась стоянка автомобилей его сотрудников.

Мы вынуждены все время быть начеку, фиксировать, фотографировать все свои действия вплоть до уборки снега и любых работ — как было и стало, чтобы при случае были доказательства. Это в целом полезно, особенно когда вы владеете памятником, но в моем случае очень утомительно — постоянно ждать подвоха вроде неожиданной проверки по заявлению соседей.

В общем, в моем случае соседство с госучреждением оказалось довольно неудобной вещью. По закону мы должны вместе ухаживать за зданием, но договориться и так сложно, а по правилам все госучреждения обязаны еще и проводить торги на работы. Нам легче самостоятельно решать насущные проблемы по сохранению своей части здания.

Несмотря на все это, я надеюсь, что трения с соседями закончатся и мы сможем направить все усилия на любимое дело. У меня прекрасное помещение, которое всем нравится, и много планов на будущее.

Фото Максима Федорова

Следите за нашими публикациями в телеграме на канале «Другой город»ВКонтакте и Facebook

comments powered by HyperComments