"СЛУЧАЙНОЕ ПРОСТРАНСТВО"

Архитекторы раскритиковали проект реконструкции площади Славы

 1 489

Автор: Евгений Нектаркин

В пятницу, 24 июля, в Доме архитектора экспертный совет ведущих самарских архитекторов рассматривал эскизный проект благоустройства волжского склона и видовой площадки площади Славы. Полная презентация проекта, предложения автора, а также критика и замечания архитекторов по эскизу — в материале ДГ.


Несмотря на актуальность обсуждаемого вопроса, мероприятие проходило при полупустом зале — общественность не приглашали, а многие архитекторы, уставшие, видимо, от битвы вокруг стены, развернувшейся по весне в «Фейсбуке», решили не участвовать. Зато на экспертном совете присутствовал губернатор области Николай Меркушкин, впервые удостоивший своим вниманием заседание союза архитекторов.

Автор Дмитрий Орлов в течение 10 минут презентовал проект, подчеркнув, что он — 12-й по счету.

Что предлагает Орлов:

— изменить планировочные решения системы дорожек и лестниц;

— провести на склоне земляные работы, изменить его рельеф;

— создать амфитеатр с мобильной сценой на 1200 мест, сохранив травяное покрытие;

— создать систему каскадных фонтанов;

— установить механизированный подъёмник для доступа инвалидов-колясочников на площадку аллеи Славы;

— заменить существующие ступопандусы на лестницы с унифицированной ступенью 42- 12 см с маршами по 3, 5 и 13 ступеней;

— сформировать площадки со скамьями, освещением и элементами ландшафтной архитектуры на склоне и в партере вдоль Волжского проспекта, установить на этих площадках скульптурные, ландшафтные композиции или мультимедийные объекты;

— поднять смотровую площадку над аллеей Славы на 60 сантиметров — таким образом, мраморная стена будет выступать над уровнем площадки также на 60 сантиметров. Установить на стене объемные перила со стеклом и встроенной подсветкой;

— на смотровой площадке установить телескопы для просмотра волжских видов;

— уменьшить стенды в нишах стены, приблизив их к человеческому масштабу.

Прозвучали и другие предложения.

После чего архитекторы задавали Орлову свои вопросы и высказывали замечания по проекту.

Очень сложно передвигаться через предложенную систему лестниц. Пространство дезориентировано. Для кого это сделано? Для людей? Или для поклонения богу солнца за Волгой?

Александр Головин сразу уточнил, для кого задуман проект: «Почему так плохо решены торцы? С точки зрения перепада, организации движения, архитектоники. Очень сложно передвигаться через предложенную систему лестниц. Пространство дезориентировано. Для кого это сделано? Для людей? Или для поклонения богу солнца за Волгой?»

Орлов ответил, что это результат компромисса. «В изначальном варианте, который был достаточно жестко встречен, были другие решения».

Олег Кудеров обратил внимание на то, что смотровая площадка может служить не только для любования волжскими видами, но и для массового нахождения там людей, и три ступеньки, которые отделяют площадку от площади Славы, создают препятствие на пути потенциальной эвакуации. И предложил найти другое решение, без ступеней.

Дмитрий Якурнов усомнился в уместности стиля: «Площадь Славы стилистически воспринималась нами как некое модернистское пространство по своим параметрам: эстетике, композиции и так далее. То, что мы сейчас видим на проекте, это образец ампира…»

Орлов поправил: «Барокко».

Якурнов попробовал уточнить: «Смена стилистики произошла сознательно или это было сделано по функциональным соображениям?»

«Изменения, которые произошли на площади в последнее время, достаточно размыли чистоту этого модернистского памятника, — начал Орлов. — Пример — историзм храма Святого Георгия. Даже Белый дом я бы не назвал модернистким памятником, это скорее постмодернизм. Мы хотели поддержать все, что сейчас происходит на площади. Архетипическая форма амфитеатра сразу вызывает кучу аллюзий с античностью, ампиром. К тому же с большого расстояния, с теплохода, проплывающего по Волге, мы не увидим этой разницы».

У архитектора Эрдема Манзарова, автора эскиза, по которому было составлено техническое задание для торгов по определению подрядчика для создания проекта реконструкции площади, возникли сомнения по поводу целесообразности использования геопластики — создание искусственного ландшафта с сохранением озеленения при создании амфитеатра, поскольку в наших климатических условиях эта техника не перспективна.

Орлов ответил, что вариант решения амфитеатра в тяжелых конструкциях исключен, поскольку под этим местом проходят два коллектора. Возник вопрос, как можно размещать сооружения, предусматривающие массовое пребывание людей над коллекторами? Оказалось, что коллекторы расположены на глубине 17 метров, значит, строить капитально все-таки можно.

Определенная неудача этого проекта не случайна. Дело в том, что в нашем городе сложилась ситуация, когда возникают десятки, а то и сотни объектов, которые никто никогда не видел: ни общественность, ни профессиональная общественность.

Юрий Астахов потребовал предъявить архитектурному сообществу все 12 вариантов эскизов, которые Орлов якобы изготовил за время работы над проектом: «Для того, чтобы обсуждать, необходимо сравнивать. Да, один вариант может быть такой, как вы предлагаете. Другие варианты есть? Что-то еще пробовали? Даже при работе над самым простым объектом мы показываем заказчику несколько вариантов, поэтому хорошо бы увидеть все 12 вариантов.

И второе. Определенная неудача этого проекта, проблема со стенкой, возникла не случайно. Дело в том, что в нашем городе сложилась ситуация, когда возникают десятки, а то и сотни объектов, которые никто никогда не видел: ни общественность, ни профессиональная общественность. С кем вы обсуждали ваши проекты?»

Орлов ответил коротко: «Основное обсуждение происходит с заказчиком, конструкторами, экспертами».

Дважды прозвучало замечание по поводу неудачно размещенного амфитеатра, поскольку вечером зрителям будет неудобно смотреть на сцену — вечернее солнце будет светить в глаза.

Амфитеатр требует уклона, уклон размещен определенным образом. Большую часть дня склон находится в тени, и солнце летом появляется после семи вечера. Я замерял — сидел там полтора часа. Причем солнце не полуденное, закатное, яркое, но не обжигающее. Бейсболка спасет

Автор возразил, уточнив, что это едва ли не единственное возможное положение амфитеатра: «Амфитеатр требует уклона, уклон размещен определенным образом. Большую часть дня склон находится в тени, и солнце летом появляется после семи вечера. Я замерял — сидел там полтора часа. Причем солнце не полуденное, закатное, яркое, но не обжигающее. Бейсболка спасет».

Михаил Матвеев задал вопрос, почему нельзя было сразу сделать стену высотой 60 сантиметров с ограждениями. Орлов посетовал на проблемы в организации строительства, в результате чего объект остался без авторского надзора: стена не планировалась такой высоты и толщины.

Отвечая на вопрос, почему нельзя срезать верхушку, автор сослался на то, что в этом случае будут нарушены гармония и пропорции объекта: «Тонкая балка будет нелепо смотреться на толстых колоннах. Длина, высота и шаг ниш все это строго рассчитано и сделано для гармонизации с Белым домом и храмом Георгия».

Было также замечено, что в случае проведения массовых мероприятий народ пойдет по газонам, так как никаких лестниц не хватит, а для того, чтобы людям было комфортно находиться здесь длительное время, необходимо обеспечить площадь туалетами и стоянками.

 «Одного взгляда человека, который занимается архитектурой, достаточно, чтобы понять, что объект несовременный, — высказался Александр Шуткин. — Мы все знаем, какие общественные пространства проектируются. Например, в соседнем регионе, в Татарстане, проводят открытые международные конкурсы, где используется мультидисциплинарный подход к проектированию, которого здесь, к сожалению, не видно.

Орлов ответил, что, в отличие от конкурсных проектов, этот проект претендует на реалистичность, потому что увязан с какими-то возможностями. Однако не смог ответить на вопрос о примерной стоимости этого претендующего на реалистичность проекта, заданный чуть позже.

После чего архитекторы высказали свое мнение о проекте.

«Мы пришли к выводу, что сама планировочная структура еще не доработана, — высказался Эрдем Манзаров. — К чему все эти понятные загогулины, надо делать нормальный рисунок. Вспомните фразу Туполева: “Красивый самолет, хорошо летает”. По каскадным фонтанам замысел понятен, но сейчас он выглядит просто ничтожным. Зачем делать комнатные фонтаны?

Не известно, как себя поведет геопластика, поэтому я бы предпочел иметь некоторый опыт, прежде чем соорудить амфитеатр за бюджетные деньги, а потом убедиться, что трава не растет».

Леонид Кудеров рекомендовал автору проекта, учитывая значимость объекта, советоваться с архитектурным сообществом.

Создавать сооружение, которое набито внутри кирпичами, смешно.

Наиболее ярко высказался Александр Головин: «Мы сегодня обсуждаем пространство города № 1, которое многие десятки лет передавало смысл Самары: достаточно было выйти на эту отметку и понять, в чем он заключается. А смысл его в соотношении пространства реки и города, поэтому это место уникально.

Конечно, Ваган Каркарьян не согласились бы с тем, что он почти постмодернист. Это серьезнейший вопрос, с которого надо было начинать — структурировать пространство, понять его стилистический характер и решить ряд принципиальных вопросов. Например, видимость зеркала воды. Не Жигулевских гор, а воды, к которому все привыкли.

Склон — это пространство города, но оно ориентировано во вне. И надо все сделать так, чтобы создать комфортное попадание к Волге. Все, что мы тут видим, — это просто недоразумение. Нужно создавать не лестницы, а пространство движения.

Создавать сооружение, которое набито внутри кирпичами, смешно. Нужно было открывать пространство крайними арками, сделать его прозрачным и связанным с движением вниз, тогда бы это стало частью и Волги, и перспективы, и города, и площади.

Я смотрю на этот чертеж, я сделал их сотни. Это не чертеж ландшафта с таким перепадом, это искусственно созданный генеральный план. Ну кто в Самаре делает треугольные газоны, ведь известно даже студентам, что не бывает газона по 20 градусов, которые обходят. Как можно сделать амфитеатр из земли? Все эти вопросы надо проработать и обсудить.

Нужно сделать проект. В Самаре все надо делать по проектам, утвержденным и рассмотренным профессиональным сообществом. Иначе мы будем получать застройку случайных территорий случайными пространствами, со случайными входами, выходами и так далее, — подытожил свое выступление Александр Головин.


Кульминацией мероприятия стало выступление губернатора Николая Меркушкина. Он признался, что идея провести ремонт на площади пришла ему в голову спустя неделю после назначения. Он увидел, как женщина, спускавшаяся по лестнице, сломала каблук и упала. К тому же из окон кабинета губернатора, а работает он допоздна, видно что-то такое, о чем Николай Иванович не решился поведать архитектурному сообществу. Так родилось решение изменить площадь Славы, сделать все “хорошо, культурно, красиво и качественно”.

Меркушкин поделился своими соображениями относительно того, что высокие фонтаны будут плохо смотреться на склоне: “для этого нужны площади”, а вот каскад небольших фонтанов, напротив, будет смотреться хорошо. Но предложил делать его не музыкальным, поскольку у бассейна ЦСК-ВВС уже есть один музыкальный фонтан: “Зачем делать такой же? Мы будем противоречить сами себе”.

После чего рассказал про опыт преобразования пустующего склона в мемориальное место. Где раньше гуляли только уличные собаки, а теперь гуляют люди с колясками, и никому не приходит в голову вспоминать, что здесь было 10 лет назад.

Затем губернатор отметил, что вместимость амфитеатра — это вопрос, который стоит обсуждать, а саму идею создания амфитеатра он подсмотрел в Нью-Джерси США: “Люди приходят, сидят на траве или на мягких подушках и слушают классическую музыку”.

Замена покрытия на площади вызвана тем, что бетонные плиты стали приходить в негодность. Тем более абсолютное большинство людей считает, что плитка — это более современно: “Весь мир перешел на плитку и ушел от бетона”. А еще от людей постоянно поступают предложения: “Подзорную трубу предлагают, конкретные люди, которые гуляют там в субботу-воскресенье”.

Продолжая мысль Орлова про проблемы с авторским надзором, губернатор рассказал про фирму, которая поступила «по-самарски», не выполнив своих обязательств.

В завершение Николай Меркушкин пообещал, что все замечания к проекту будут учтены, и в компании с Дмитрием Орловым и некоторыми членами экспертного совета удалился в одно из помещений Дома архитекторов.

_DSC0313

Презентация проекта взята с сайта СРО Союза архитекторов России.