САМАРА 2.0

Ксения Лампова о том, как мы выросли из девяностых в нулевые

 1 086

Автор: Ксения Лампова

Сегодня во многих дворах нормальные, яркие, огороженные детские площадки. Горка побольше, горка поменьше, турники и скамеечки. Для нынешних детей нескрипучие качели и оборудованные горки — норма. Но еще десять лет назад было новшеством и производило сильное впечатление.

Мы попросили Ксению Лампову, которая в 90-х пропадала со шпаной во дворе, вспомнить переходный период от расхлябанных качелей до баскетбольной площадки, укутанной в рабицу.


В эпоху без Интернета дети 90-х во дворах практически жили. В летнюю пору выходили на улицу с самого утра и пропадали ровно до тех пор, пока не слышали разрывающий сумерки крик мамы, которая, свесившись в окно, пыталась разглядеть своё чадо во дворе, откуда строго-настрого наказывала не уходить. А уходить никуда и не хотелось – во дворе находилось бесчисленное количество локаций для исследований.

Безымянский двор был натурально по-хорошему диким. Пустошь из «Оно» Стивена Кинга, без реки с канализационными отходами разве что. Со всех сторон двор был окружен рядами гаражей, которые в свою очередь находились в квадрате из хрущёвок. Посередине располагался холм, поросший высокой травой (всегда сухой), из него в разные стороны смотрели этакие каменные горки с дверьми – землянки-погреба с полками закатанных огурцов и всякой рухлядью. Четыре часа кряду дети могли развлекаться только тем, что с разбегу залетали на эти крутые каменные горки и останавливались ровно в сантиметре от их края. Неудачливые шлёпались оземь с высоты горки, а потом скатывались с холма. Всё оставшееся свободное пространство заросло гущей деревьев, старых и раскидистых.

07rXSg9_PZ4

Игрушек на улицу никто не носил – если старшие «возьмут посмотреть», то обратно получишь их только через громкий рёв и жалобы маме, а это уже опускало твой авторитет похуже падения с горок-погребов. Игрушки, понятное дело, были у всех – у кого-то парочка пластиковых Сьюзи и машинки из метро, у кого-то по шесть фирменных Барби и модели «лупатых», максимально приближенные к оригиналу. У всех по-разному.

Настоящий праздник начинался тогда, когда какой-нибудь дымящий папиросой дедулай решал расчистить содержимое своей каменной горки, хаотично раскидывая бесценные дары прямо на холме. В такие дни раскопки продолжались допоздна и без перерывов на обед и попить. Все лучшие игрушки были здесь – советский ксилофон без половины клавиш, старые калоши и драные абажуры, рулон обоев, который уже начинал рассыпаться, обломки досок.

Все эти сокровища сносились к детской горке, которая находилась рядом с холмом. О ней, наверное, стоит упомянуть отдельно – она была экстремально высокой, а жестяные листы, которые раньше были ступенями, невероятной силы неизвестные люди просто отковыряли. Но балки остались. По ним смелый карапуз взбирался наверх и сталкивался с новой проблемой – та часть горки, которая располагалась параллельно земле и предназначалась для того, чтобы подойти к спуску, тоже отсутствовала. Её тоже отковыряли, то есть. Но перилки остались, как и стремящаяся к земле плоскость спуска. Так что приходилось карапузу, держась за чудом уцелевшие перила, бочком протискиваться к спуску, плюхаться на него с размаху и лететь вниз. Потому, наверное, горка никогда не использовалась по прямому назначению.

Весь найденный мусор, который хоть как-то мог пригодиться, приносили к горке. Из досок в сочетании с горкой получалось надежное укрытие. Иногда оно становилось казино, в котором проходили нешуточные битвы за фишки с покемонами. Из области безобидной детской игры эти соревнования всегда переходили в массовую драку несогласных с результатами. Самого мелкого драчуна из общины под горкой обычно изгоняли, и он бегал по гаражам вокруг и злобно плевался.

А потом появился он. «Двор, в котором мы живём». Теперь-то я в глубине души допускаю, что детям нужна безопасная среда, где они могут спокойно лепить куличики и облизывать грязные руки. Но тогда никто из моих ровесников и ребят постарше этого не понимал и не принимал, а словосочетание «безопасная среда» звучало заведомо уныло и безнадёжно.

К конкурсу по благоустройству детских территорий первыми начали готовиться бабушки. Они собрали весь мусор с холма, выкинули самый жуткий, а более-менее симпатичный задумали как-нибудь художественно разложить. К ограждениям вдоль подъездов привязывали старые игрушки, которые с каждым ливнем становились ещё более облезлыми. В общем, взрослые и мудрые жители двора всеми силами пытались показать, что готовы. И терпеливо ждали, когда до них дойдёт очередь.

Очередь дошла только через год. За это время количество облезлого декора превысило пределы адекватности. Двор стал похож на площадку для жертвоприношений, и потому, наверное, это зрелище тронуло сердца тех, кто затем всё там благоустроил. Бабули потирали руки в ожидании перемен.

Сначала исчезла горка. Холм со всех сторон закатали асфальтом, и он торчал посреди этого серого великолепия, как старый прыщик. Новая горка была раза в четыре ниже предыдущей, а потому уже не могла укрыть и в дождь, и в снег. Её преображением в убежище никто заниматься не стал – теперь территория бдительно охранялась старожилами, да и поместилась бы под ней пара человек. Появились песочница и баскетбольная площадка, укутанная в рабицу – единственное, чему искренне порадовались все, начинающие входить в возраст переходный. В остальном же всё стало меньше, компактнее и чище. Площадка для маленьких и чистых детей.

hwwmgo8qNo4

Те, кому перевалило за десять, вдруг поняли, что уже достаточно взрослые, чтобы найти себе новый двор и новые знакомства. Научились переходить через дорогу и ушли покорять соседствующие территории. Нашли дерево с каштанами, которыми можно было кидаться, тарзанку и заброшенный барак с выбитыми стёклами. А у малышей в нашем дворе всё стало хорошо.

Все фотографии взяты в открытом источнике в «ВКонтакте»: Лихие 90-е