СВОЕ ОТЗВОНИЛИ. Известные самарцы вспоминают, как прошли их «Последние звонки»

СВОЕ ОТЗВОНИЛИ. Известные самарцы вспоминают, как прошли их «Последние звонки»

Автор:

НОВОСТИ
155

Каждый год встречая в мае толпы развеселых школьников на залитых солнцем улицах, многие из нас спрашивают себя: «Божежтымой, я тоже что ли такой был?» И нет другого пути, чтобы ответить на этот вопрос, кроме как окунуться в омут памяти… Мы просили рассказать о своих «Последних звонках» тех самарцев, кому предположительно есть что вспомнить — музыкантов, бизнесменов, сотрудников городской администрации. Почти все отвечали сначала, что ничего особенного не происходило, но потом им начинали вспоминаться прелюбопытные подробности…

Истории собирал Данила Телегин

Константин Четаев; музыкант Bajinda Behind the Enemy Lines; школа №46

chetaev

Мой выпускной состоялся в 92 году. Проходил в школе. За два года до этого мы с моим тогдашним другом стали школьными ди-джеями и конечно перед выпускным старались достать какой-нибудь аудиоэксклюзив. Были проведены мероприятия, и у нас в руках оказалась кассета со свежайшим альбомом Dr Alban’a 92 года. Там, где тот самый хит про «коммаё». К альбому были дописаны несколько треков совершенно неизвестной группы 2Unlimited. И вот в разгар дискотеки мы врубили первый трек этой неизвестной группы. Надо сказать, что «прямая» бочка ещё не добралась до наших широт, и в первую секунду все просто остолбенели. Трек звучал очень жёстко по тем временам, но через пару секунд все поняли, что застыли от восторга. Словом этот трек потом ставился бесконечное количество раз. Ещё помню, что отец пел и играл на гитаре для учителей и родителей всю ночь, так что нас никто не беспокоил совершенно.

Наталья Родимова; сотрудник администрации Самары; школа №148

rodimova2

Свой последний звонок помню как сейчас. С утра, перед основным концертом в актовом зале, у нас была встреча с первой учительницей. Там первоклассники в белых гольфах пели нам песни про уходящее детство и дарили шарики… Я насчет себя иллюзий сразу не питала и ресницы с утра не красила – заревела на втором куплете. Помню, малыши очень удивлялись, почему у половины выпускников глаза на мокром месте – «у вас же праздник, вы чего?»… Потом был концерт, который я практически наизусть знала и провела три четверти времени на сцене… и вот там была такая часть, где выходили учителя и говорили нам напутственные слова. Это было жутко трогательно, девчонки плакали на плечах у парней. Нам тогда казалось – вот оно, наступило прощание с детством. Это сейчас я понимаю, что детство как минимум ещё в университете продолжается. Но тогда действительно думали, что завтра все проснемся взрослыми.

Алексей Есин; организатор концертов; школа №36 Промышленного района

esin

Носки я тогда в Загородном потерял. Точнее, один носок.

Традиционно сначала отмечали в школе — песни разные там в актовом зале, слезы. Я тогда узнал, что есть песня «Очарована, околдована»… А ещё у меня были усы. Ну, такие, которые родители не советуют брить, первые. И был как педик на плакате с ними (сбрил на выпускной, но это уже совсем другая история). Потом поехали пить…

Я пил с Гришей. Водки. Много. Очень. Потом мы купались немного. Ну а потом я стал одеваться — и носка нет. Не вот те, конечно, история, но я запомнил этот день таким.

Алексей Мокеев; директор тайм-бара «Подъезд»; Самарский лицей информационных технологий

mokeev2

Это был мрачный день. Омрачали его скверная погода и чрезмерное количество синьки… Вопреки надвигающемуся дождю мы поехали на Царев курган, на экскурсию. До этого у нас был концерт лицейской самодеятельность.

После Кургана мы пошли на набережную, где и случилась основная вакханалия…
В нашей компании на гитаре только я играл, поэтому пели песни, которые я любил — русский рок всякий.

Кульминацией вечера стал салют на набережной в честь Дня города. Это была картина близкая к апокалипсису: две волны (пьяные школьники с одной стороны и праздно шатающиеся граждане в предвкушении салюта — с другой) слились в экстазе под ливнем. Это были славные времена, когда на набережной продавали алкоголь всем и везде. Под ливнем холода не чувствовалось, всех согревал градус внутри…

Никаких неприятных воспоминаний у меня нет, значит все кончилось или никак или весело, но точно без эксцессов, во всяком случае, в моей компании.

Владислав Лихачев; руководитель департамента по делам молодежи Самарской области; физико-математическая школа №63

likhachov

Свой «Последний звонок» в школе мне почему-то не очень запомнился. В 1995 году я закончил самарскую физико-математическую школу №63, которая теперь носит имя преподававшего в нашем классе физику Николая Ивановича Мельникова, Почетного гражданина Самары и заслуженного учителя, фронтовика. «Последний» звонок в моем представлении — это праздник учителей. Во всяком случае, наши учителя пели о нас короткие шутливые куплеты на мотив популярных в те годы песен, веселились. Мы же, несуразные выпускники, уже не дети, еще не взрослые, фотографировались на пленочный фотоаппарат и, кажется, засветло погуляли по набережной.

А вот выпускной вечер в июне я помню гораздо лучше. Наш класс любил коротать теплые дни на пляже под Некрасовским спуском. Играли в карты, в волейбол, в «котел»… Так вот, уже после экзаменов, прямо накануне выпускного, вроде бы это было 17-го июня, мой друг Мишка Павлов мощно подал волейбольный мяч, а я неудачно его принял, следствием чего стал многоосколочный перелом пальца. Ну, наложили гипс, и 19-го июня я принимал забинтованной рукой золотую медаль из рук удивленной директрисы Надежды Михайловны Поповой. Следствием этого перелома стало то, что я не мог писать вступительное сочинение на юридический факультет госунивера, хотя и прошел устное собеседование по обществознанию. И был зачислен в итоге в аэрокосмический университет, так как еще до перелома успешно прошел пробные экзамены. В общем, дни выпускного 95-го года определили мою дальнейшую жизнь.

На самом выпускном теперь уже мы пели переделанные песни о наших учителях, говорили проникновенные слова, дарили цветы. На вечерне-ночном банкете взрослые позволили нам официально алкоголь — сейчас-то никого не удивишь (увы-увы!), а тогда это было очень значимо. Ну как алкоголь — шампанское, правда, в больших количествах. Что-то покрепче пили уже ночью украдкой «бэшки», а мы, «ашки», были скромнее и наивнее. Пара ребят затягивалась травкой. Выпускной — это вообще причудливая смесь светлого, романтичного и чего-то залихватского, не вполне хорошего. Наше утро было романтичным — мой папа организовал выезд класса на «Ракете» (были тогда на Волге эти суда на подводных крыльях), и на середине Волги мы встречали нежнейшие полутона рассвета, а потом запустили сигнальную ракету…

Хотели еще в школьном дворе написать краской на стенах год выпуска и номер нашего класса, как это делали наши предшественники, например, выпуск 1989-го года моей сестры. Но уснули… И самый забавный постскриптум: несколько лет мы профессионально играли в школьном дворе в «козла» — фантастически динамичную игру с теннисным мячом и баскетбольным кольцом на щите. Так вот на следующий день после выпускного мы с друзьями украдкой перелезли через ворота, чтобы в последний раз отвести душу в «козла»… Славное было время!

Алена Захарченко; бизнесвумен; школа-лицей университета Наяновой

10313990_767599089938796_6895373320946631515_n

Я не ходила на свой «Последний звонок». Переругалась со всеми одноклассниками и не пошла. Что-то принципиально-идеологическое было в конфликте. Класс был бабский — читай, серпентарий. А под конец школы вдруг все друг друга полюбили и решили про это спеть…

Сейчас не жалею, что не пошла. С тех пор точно знаю, что не любить самодеятельность и не считаться с мнением коллектива — это ок, и даже полезно. Сейчас бы тоже не пошла.

Юрий Кузьмин; специалист по античной истории, кандидат исторических наук, музыкант; школа №75

kuzmin

Случилось так, что в 1993 г. после окончания 9 класса меня выгнали из школы № 148. В итоге я оказался в расположенной неподалеку школе № 75, которую в меру благополучно закончил два года спустя. Как-то я пришел в новую школу в футболке группы “Queen”, но попытки пройти внутрь были пресечены завучем, которая героически заслонила собой входную дверь. Пришлось возвращаться домой и надевать что-то более «приличное». Впрочем, года полтора спустя, ближе к концу 11 класса, я спокойно ходил в школу в футболке “Nirvana” и, кажется, в зеленых кедах. Учился я без особого интереса, к тому же у меня к этому времени был сформировавшийся круг друзей вне школы; нас объединял интерес к музыке (от “Nirvana” и “The Smashing Pumpkins” до “My Dying Bride”, “Tiamat”, “Cannibal Corpse” и т.д. – лично мне более по душе были две первые из упомянутых групп, ну и некоторые другие). В общем, со школой меня мало что связывало. После вручения аттестата в июне 1995 г. я распрощался с одноклассниками – пожал руки, сфотографировался и т.д. – и пошел отмечать окончание школы с совершенно другими людьми, с которыми мне было интереснее. Ностальгии по школе я никогда не испытывал. Последующие 5 лет, когда я учился на истфаке, были значительно более интересными.

Михаил Колесников (Amanita); мастер татуировки; школа №16 Новокуйбышевска; сейчас живет в СПб

amanita

Насколько я припоминаю, все истории моих последних лет в школе были мрачно синими, с тревожным гопническим оттенком. И света в этом празднике было ровно столько, чтобы подогреть водку и тускло осветить ее распитие из пластиковых стаканчиков под тошнотворные завывания «Руки Вверх».

Школа была лучшая в городе, я считаю. А вот сам Новокуйбышевск в конце 90-ых не смог скрасить светлый праздник детства.

Комментарии: