Игры престола. 10 самых заметных самарских воевод

Игры престола. 10 самых заметных самарских воевод

Автор:

НОВОСТИ
89

Когда на правом берегу Волги впервые появилась Самарская крепость, времена в нашем государстве стояли неспокойные. Царь Иоанн Грозный только недавно скончался, впереди всех ожидали долгие годы смуты и интервенции. Крымские татары, поляки, ногаи, донские казаки и шальная голытьба бродили по стране бесконечными табунами, поэтому военная и административная власть на фронтире всегда принадлежала присланным из столицы воеводам.

За первые 145 лет существования Самары их было в нашем городе около трех десятков. Мы выбрали десятерых, которых по нашему мнению стоит если не знать, то помнить.

Текст: Вадим Кузнецов

03
С сайта www.vetert.ru

1. ГРИГОРИЙ ЗАСЕКИН (1586 / 1587)

Первый самарский воевода.

Григорий Осипович Засекин по прозвищу “Зубок” впервые отличился в качестве головы во время ранних событий русско-шведкой войны первой половины 1570-х. Участвовал в боях под Корелой и Орешком, сражении под Полоцком и походе на Двину, после которого был послан с донесением к Ивану Грозному, одарившему его “копейкой золотой”.

Но ценим мы его (мы — в смысле — благодарные потомки) вовсе не за это, а за строительство крепостей Самара, Саратов и Царицын.  В последнем, кстати, на пересечении проспекта Ленина и улицы Порта-Саида стоит его памятник.

Говорят, скоро и у нас будет. Свой собственный.

2. САВВА ЩЕРБАТЫЙ (1601/1602)

Князь, стольник, воевода. В мае 1598 года, когда крымский хан Казы-Гирей Бора снова собрался войной на Москву, князь Щербатый был поставлен под Тулу на защиту Заупской засеки и Орловых ворот. Год спустя его отправили в Самару, где он служил воеводой до 1601 года. В 1602 году Щербатый — воевода крепости Валуйки вместо попавшего в опалу Звенигородского.

Осенью 1604 года Валуйки переходят на сторону Лжедмитрия и воеводу связанным отправляют самозванцу, где тот делает пленника одним из своих топовых военачальников и гостей на свадьбе с Марией Мнишек. В 1607 году Щербатый находился в Путивле, когда город оказался захвачен еще одним самозванцем — “царевичем Лжепетром” (более известным историкам как терский казак Илейка Коровин по прозвищу “Муромец”). Лжепётр местных бояр не пощадил, был среди казненных и Савва Щербатый. Тяжела судьба служилого человека в годы гражданских беспорядков.

3. ДМИТРИЙ ПЕТРОВИЧ ПОЖАРСКИЙ-ЛОПАТА (1614)

Новая пост-смутовская элита. Правнучатый брат и соратник Дмитрия Пожарского. Во время войны 1612 года по приказу брата долго гонял казаков Заруцкого под Ярославлем и на Пошехонье, потом стоял под Москвой. Его же Дмитрий отправлял за помощью к Авраамию Палицыну. Даже в 1614 году, будучи уже самарским воеводой, Пожарский послал два из доверенных ему стрелецких приказа в Астрахань, чтобы помочь местным против Заруцкого.

Если прежние воеводы собирали в Самаре по 500 рублей в год, то Пожарский собрал 12.000 (хотя потерял при этом вотчину в Рязанской области). Позднее Пожарский повторил этот фокус в качестве воеводы Твери (1200 вместо 200). Гонял поляков, конвоировал турецких послов, несколько раз обвинялся в коррупции (поборы, налоги, литовские гастарбайтеры). Особенно — во время бытия воеводой в Пскове (1628-30).

4. ВАСИЛИЙ ИВАНЫЧ ТУРЕНИН-ЖАР (1614)

Еще один представитель новой пост-смутовской элиты. Впервые отличился в 1610 году, когда принимал активное участие в свержении Василия Шуйского, отвечал за него на вопросы во время пострига в монахи. Позднее участвовал в возведении на престол Михаила Романова.

Был воеводой в Самаре сразу после Лопаты. Потом гонял Лисовского, служил в Астрахани. По крови — Рюрикович, потомства не оставил.

5. ИВАН АЛФИМОВ (1667/1670) 

Степан Разин
Степан Разин

“…Окаменело лицо у Степана Тимофеевича: многих воевод он уже повидал перед собой, и мало таких, за которыми не было бы тяжких вин перед черным людом. Вот и на Самаре тако же…

- Отдержался свое воевода-убивец! Уродила такого мама, что не примет и яма!

- Честному не сидеть в воеводах, — подтвердил Иван Говорухин и плюнул под ноги, видя как никем не поднятый Иван Алфимов неподвижно оставался лежать в пыли.

(Буртовой В. Самарская вольница)

Первые отряды Степана Разина появились под Самарой еще в мае 1670 года. Они захватили Вознесенскую слободу, сожгли пару башен, но деревянную крепость штурмовать так и не смогли (в гарнизоне было на этот момент 100 конных и 200 пеших стрельцов плюс пушкари). Когда в конце августа десятитысячное войско разинцев подступило к Самаре и отрезало крепость от верхневолжских городов, жители города подняли восстание, повязали воеводу и приказных людей, а потом открыли ворота, встречая атамана хлебом, солью и колокольным звоном. За подобное гостеприимство они получили от Разина “свободу”: население было освобождено от налогов и податей, долги были отменены, а должники выпущены из тюрем. Воеводу же Алфимова и его сподвижников “посадили в воду”, то бишь утопили в Волге.

6. ВАСИЛИЙ ОВЕРЛАКОВ (1671/1672)

«Самарский варяг». Первый служилый немец Самарского уезда.

После подавления разинского восстания никто не горел особым желанием ехать воеводой в мятежную Самару. Новый воевода был назначен сюда против своей воли, в качестве наказания за неявку на несение воинской службы. Василий Оверлаков, потомок известного угличского помещика Оверлака, стал первым немцем в истории нашего города.

Из-за преклонного возраста и слабого здоровья дослужить двухлетний срок он не смог, сменщик был прислан на его место уже на следующее лето. И что показательно — снова немец.

7. АФАНАСИЙ ФОН ВИСИНОВ (1672/1674 )

Реформатор, хозяйственник, стратег. Прадед автора «Недоросля».

Барон Берндт фон Виссин, рыцарь Ордена меченосцев, был взят в русский плен во время Ливонской войны, после чего остался на службе у Ивана Грозного. Вскоре получил от царя поместье и русифицированное имя “Петр Владимирович”, хотя протестантской вере так и не изменил. Времена в стране стояли смутные, поэтому правителям проще было верить иностранцам, чем соотечественникам из княжеского пула. Тем более, что сын Петра Владимировича — “немецкий ротмистр Денис” — неплохо отличился во время польской интервенции и осады Москвы, после чего получил новое поместье и прибавку к окладу.

Внук Петра Владимировича — Юрий Денисович — первым в семье принял православие и был наречен “Афанасием”, после чего автоматически получил доступ ко всем государственным привилегиям и должностям. В стратегическом плане ход был безупречным (даже принятие церковного имени “Афанасий” вместо народного “Юрий” в контексте никоновской реформы). В 1672 году Афанасий фон Виссин назначен воеводой в Самару. За два года на Волге он наводит порядок в гарнизоне, восстанавливает фортификационные сооружения, организует новую систему станичных разъездов, строит на волжской переволоке три новых острожка для охраны правобережных посёлков. А после возвращения в Москву фон Виссин принимает активное участие в проведении воеводской реформы.

8. АЛЕКСАНДР ШЕЛЬ  (1678/1680)

Еще один немец-воевода (хотя фамилия Shiel, вроде бы, ирландская). Известен тем, что стал первым самарским градоначальником, который жаловался государю на произвол торговцев из Средней Азии, которые пошлин не платят, правил не знают, но местный рынок контролируют.

9. КИРИЛЛ ПУЩИН (1682/1684)

“Тайвин Ланнистер Самарской крепости”.

Хотя скорее —  Петер Бейлиш, что больше соответствует реальному положению вещей. Один из самых богатых и влиятельных дворян своего времени. Сделал карьеру при казначействе, потом был воеводой в Царицыне и Самаре, а еще товарищем воеводы в Астрахани. Бесконечно покупал, перепродавал и выменивал земельные участки. Во время воеводства в Самаре пользовался положением, скупая калмыков, татар и татарок.

10. АЛЕКСЕЙ КУШНИКОВ (1728/1731)

Последний известный нам самарский воевода.

После отмены системы уездного воеводства Самарской крепостью управляют коменданты, но в 1729 году по причине беспокойства в регионе майор Алексей Кушников вновь получает полномочия “воеводы”, после чего “все недовольные держаны были и морены в тюрьме в цепях и колодках”.

Майор же Кушников, в последствии, станет воеводою Чебоксар.

Комментарии: