«НАШ ЧЕЛОВЕК В ГАВАНЕ». Монологи самарских эмигрантов, которых жизнь разбросала по разным...

«НАШ ЧЕЛОВЕК В ГАВАНЕ». Монологи самарских эмигрантов, которых жизнь разбросала по разным часовым поясам (Часть II)

Автор:

НОВОСТИ
220

Каждый год вырывает из рядов моих приятелей двух-трех близких или знакомых мне людей. В основном, самарцы уезжают в Москву и Питер, реже в Казань или Екатеринбург. Но в последнее время все больше в Европу или Индию. Как-то на ночь глядя, мне пришла в голову почти детская, амбициозная цель — заполнить карту мира, отметив все страны, где живет хотя бы один самарец.

Конечно, задача оказалась более чем утопической: основная масса знакомых эмигрантов кучно живет по таким странам как в США, в Западной Европе и Юго-Восточной Азии. Однако, гораздо интереснее «заполнения карты» оказались рассказы самарских эмигрантов, сами ответы на мои вопросы: как и с чем люди уезжали за границу, какие трудности и радости доставили больше всего эмоциональных всплесков, что поминают добром, а что лихом на малой родине?

Часть I

em05

IX. Франция, Варя Панферова

В апреле 2014 года будет 4 года как я уехала из Самары и живу в Париже. После третьего и четвертого курсов университета я участвовала в программе для студентов «Work and Travel», и оба раза ездила в Америку на 3-4 месяца. Соответственно, желание попробовать «не жить» в Самаре у меня было давно. Но этот опыт был более-менее безопасен: всегда имелся билет в обратный конец. После университета (закончила я Университет Наяновой, потом 5 лет Госуниверситета на факультете экономики и управления) я стала искать работу по специальности и… ничего не нашла. Подавала резюме вплоть до салонов красоты быть администратором. В итоге устроилась менеджером по продажам битума и других строительных материалов. На десять тысяч рублей в месяц. Летом в сезон мне маячили проценты от продаж. Естественно, на эти деньги выжить было нереально. Встал вопрос — что делать дальше? Образ жизни «от пятницы до пятницы» стал утомлять, личная жизнь меня не держала. Самара, конечно, веселый и самый родной мне город. У меня была шикарная компания, разнообразное времяпрепровождение, но внутри всегда что-то свербело от пустоты всего этого. Родители тоже были не очень довольны моей самореализацией. Все это привело меня к поиску информации о разных студенческих программах за границей.

В Америку больше не тянуло — далеко и совсем все по-другому. Стала рассматривать Европу. Языками на тот момент я не владела (ну, кроме разговорного английского, которому научилась в Америке). Связалась с несколькими девочками, которые уже уехали, среди них была моя близкая знакомая Яна Кислова, которая мне надавала кучу дельных советов и всегда меня «звала» во Францию. Я в Париже на тот момент была уже два раза, но никогда даже заподозрить не могла, что буду там жить. Слишком уж красивой казалась там жизнь. В итоге, я познакомилась с женщиной, которая мне помогла с уездом «от А до Я». Она занималась со мной французским, помогала собирать пакет документов на визу, рассказывала о культуре, объясняла, что я навсегда останусь там приезжей, даже если удастся зацепиться, но что там мне будет по-другому. Ехать во Францию студенткой оказалось очень дорого. Да и на французском я «не бельмекала». И мы подобрали для меня оптимальный вариант-программа «Au pair», что по большому счету означает нянечкой в семью.

С семьей мне повезло — двое детей в возрасте 8 и 12 лет. Ну, и после получения визы, я поехала. Я не знаю откуда у меня была эта хватка и наглость. Но даже без языка у меня получилось найти контакт, как и с детьми, и их родителями, так и с Парижем. Я сходила с ума от красоты и утонченности города, от запахов тухлых сыров и вина за два евро, от огромного количества непошлых комплиментов, от удобства жизни, от языка, который я не понимала, но с успехом имитировала интонации. Это сейчас я уже замечаю грязные переулки, несправедливость французской эмиграционной системы и тому подобное. Упорно учила язык, и молилась, чтобы у меня что-то получилось. И мой паззл стал складываться по кусочкам. Поступила в Сорбонну, устроилась на работу официанткой на второй этаж Эйфелевой башни, друг разрешил занять его маленькую студию прямо около Триумфальной арки (туалет был на этаже, но в комнате был камин, например). Благодаря башне я определилась с выбором профессии — выбор пал на туризм, и произошло одно из самых главных событий моей жизни-я познакомилась с будущим мужем. Что может быть круче для рассказов детям, что их родители познакомились на Эйфелевой Башне? Да, и вообще, после двух лет работы на ней, у меня с ней сложились достаточно близкие отношения. А в мае этого года мы поженились. Я стала Варей Секкъяроли.

По Самаре скучаю. По людям в частности. Приезжаю раз в год минимум, увидеться с друзьями и естественно с семьей. Две жизни, к сожалению, не проживешь. Положа руку на сердце, я бы не стала кому-то советовать повторить все мои трепыхания. Каждому свое. У меня огромное количество друзей, которые искренне счастливы в Самаре. Мне повезло, Париж мечтают увидеть многие — поэтому я часто встречаюсь с самарскими ребятами здесь (люди, с которыми в Самаре бы, например, мы вряд ли бы так легко проводили время). Я всегда открыта для встреч, общения и помощи ребятам. Иногда просто просматривая свою ленту в контакте и по статусам узнаю, что кто-то в Париже — обязательно пишу, предлагаю встретиться на кофе и рассказать все, что знаю о городе. Родители тоже навещают. Вот совсем недавно все вместе ездили на юг Франции
Что касается Самары, скучаю в первую очередь по людям. Потом по Волге. Не смотря ни на что, я волжанка. Из мест… вот прям хоть сейчас прошлась бы по истоптанному мною маршруту: от «Сипы» до площади Революции через Полевую, Дворец спорта, «Сампло», университет Наяновой, площадь Куйбышева, Ленинградку и обратно по набережной. Или в марте-апреле оказаться в «Пушке», когда все тает и пахнет хмелем со дна.
Про достижения ничего сказать не могу, не ставлю себе в заслугу ничего. За все — слава Богу! Это Он мне правильные кусочки моего паззла подкидывал, чтобы у меня вот так все сложилось.

em03

X. США, Чикаго, Аарон Рутковски

В Чикаго живу уже год. Переехал сюда, когда было 25. Из Самары уехал впервые в 23 — сначала в Новую Зеландию, после в Санкт Петербург, потом в Европу, в Харьков и, в конце концов, США. В Самаре занимался музыкой и программированием. После того как устроился в американскую компанию программистом, работал удаленно год. Потом поступило предложение переехать и работать напрямую.

Мечтал уехать очень давно. После рассказов друзей, которые то и дело уезжали по программе «Work & Travel» и возвращались с яркими рассказами (на самом-то деле все, конечно, оказалось не так, как было описано в их рассказах). С 14 лет я занимался музыкой, и всегда думал что в России музыки нет, а вот там на западе все условия. После того как закончил университет, совсем загорелся идеей, начал учить английский язык и программирование в срочном порядке. Уезжал с эмоциями и мыслью что «ну наконец-то, теперь можно будет просто расслабиться и начать жить, завести семью и заниматься спокойно любимыми делами».

Первый месяц тяжело вспомнить. Сильный культурный шок вперемешку с jet lag. После начинаешь понимать, что на самом деле радужных миров с единорогами и облаками из сахарной ваты не бывает.

Приезжал один раз на две недели. Женился и теперь жду свою жену сюда. Родителям обычно звоню утром по пути до станции метро. Зову в гости… не хотят, говорят, что там им делать нечего.

Главное условия для переезда — это возможность адаптироваться. Если люди не хотят меняться и подстраиваться к окружающей их среде (а таких 90%), то переезд их сделает только несчастными. Знаю множество семей, которые переехали и никогда не разговаривают на английском, покупают только русскую еду, смотрят только русские телепередачи, общаются только с другими русскими, и в целом живут точно также как и на родине. И даже спустя 10 лет носят лейбл «приезжие».

Никогда не скучал по месту. Скучаю по людям. По тому, что происходило.
Не хватало общения с людьми. И работа внезапно начала отнимать очень много времени.

Главным достижением, наверное, считаю, что смог прожить достаточно долгий промежуток времени вдали от родных и жены, и наконец-то решил все визовые вопросы и жду ее здесь.

С теплотой вспоминаю то, как проводил студенческие годы, с неприязнью – дороги.

em06

XI. Мексика, Анастасия Неретина

Мне 27 лет. За границей я живу уже 2,5 года. Сначала жила полгода в Индии, потом два года в Мексике. Я работала и работаю переводчиком с английского языка. Перевожу чаще всего тексты «нью-эйдж», связанные с йогой, медитациями, состояниями измененного состояния сознания и тому подобным.

Мне всегда хотелось переехать куда-нибудь в другую страну. Я никогда не чувствовала себя в России на своем месте. Не могу сказать, с чем это конкретно связано, – с политическим, финансовым, географическим положением своей страны. И тогда меня все эти вопросы мало волновали, они заинтересовали меня позже… Когда я уже уехала. А когда жила в России, особо не читала и не смотрела новостей. Только, когда увидела, что люди могут жить иначе – и хуже и лучше – тогда стала задумываться о ситуации в России.

Да, меня все время тянуло куда-то уехать, и я всегда любила общаться на английском языке. Но все эти ощущения были сначала довольно смутными и неясными для меня самой. Когда съездила на Гоа в Индию, поняла, что можно попробовать устроиться жить там и посмотреть, как пойдет. Я узнала, что в Индии планируется постройка большого медитационного центра и эко-поселения с несколькими разными направлениями деятельности – искусство, танец, восточные единоборства. Мне это стало очень интересно. Я пообщалась с организатором сего мероприятия – он индиец – и потом приехала работать в этой организации переводчиком. После того, как проект в Индии был заморожен местными властями, мы переехали в Мексику. Тут дела и жизнь идут гораздо лучше.

Говоря о Мексике, сменилось мое представление о ней через пару месяцев. Но не резко, а очень плавно и почти безболезненно. Но не скажу, что отрицательные стороны перевесили положительные. Нет, чаши весов изменили свое положение, но перевес остался все-таки на положительной стороне.

Больше всего меня радовало Карибское море с его богатым подводным миром. А еще погода и общая расслабленная атмосфера прибрежного городка Плайя-дель-Кармен. Мы живем в 20-ти минутах езды от моря. А сначала я жила в 5-ти минутах ходьбы от него, прекрасного изумрудного. Не могла поверить, что такое бывает – такое прозрачное море, такие краски неба над ним, такие пронзительные темно-синие ночи. В общем, природа и погода и местный стиль жизни мне вполне подошел.
Самым необычным, однако, мне показался контраст жизни очень богатых и очень бедных людей. Я живу в курортном городке, где очень много престижных дорогих отелей, где покупают и строят недвижимость богатые американцы и канадцы (тут же, кстати, встречаются и русские, переехавшие в США или Канаду). В то же время мексиканцы, потомки местных Майя, сами живут в однотипных жилых постройках из бетона высотой не более 2-х этажей. У многих, однако, есть машины. Большинство из них работает в местных отелях, забывают родной язык Майя, говорят на испанском и учат английский. В районах, где живут местные, ходить не очень безопасно в отличие от туристической зоны, где постоянно дежурят полицейские.

В Самару приехала впервые за 2,5 года. С близкими переписываюсь по электронной почте и созваниваюсь с ними по телефону. В гости зову, конечно. Они почти готовы перелететь Атлантику. Кстати, ко мне приезжали друзья, путешествовали по всей Мексике и остались довольны. Особенно им понравилась мексиканская кухня с несколькими разновидностями – около 18 — острого перца чили.

Если у людей есть настрой поменять среду обитания, но не хватает решимости, тогда да, конечно, я бы посоветовала рискнуть и переехать. Но если человека все устраивает в той жизни, которую он ведет, и ему незачем создавать себе лишние проблемы и трудности, тогда пусть съездит в отпуск и посмотрит, как «там» живут. Захочет такой же жизни, тогда можно и подумать о переменах.

Предостережением были рассказы о случаях ограбления домов в Плайе-дель-Кармен. Обычно кражи бывают в домах, которые не охраняются, а просто запираются на замок жильцами. Воруют деньги, компьютеры, велосипеды. Когда есть охрана, кражи почти исключены. Пожалуй, это все, о чем бы я упомянула, предостерегая моих знакомых или друзей.

Не то, чтобы я вспоминала что-то особенное о Самаре. Честно признаться, я ее редко вспоминаю. Ну, иногда, да, бывает… Но это чаще мои друзья или родственники.
Но когда я вернулась сюда, первое, что поразило, — это воздух. Он такой знакомый и забытый, прохладный, сухой и пахнет совсем иначе. И деревья тут высокие и большие. В той части Мексики, где я живу, деревья очень тонкие и невысокие. Зато много пальм и теплый морской ветер. В Самаре – совсем другой климат.

Здесь, гуляя по улицам, я вспоминала все, что меня когда-то с ними связывало. От школьной любви до моих прогулок по городу поздно вечером в одиночестве. Я никогда не боялась ходить поздно одна. Сейчас боюсь.

Но там я об этом не вспоминаю. Только когда приехала сюда, воспоминания нахлынули с такой силой, они тут в самом воздухе витают.

В первое время больше всего не хватало еды, которую можно купить только у нас в России. Того, к чему я здесь привыкла, там вообще нет. Нет чая, ни зеленого, ни черного – у мексиканцев нет культуры чая, они пьют холодный гибискусовый напиток или Кока-Колу – нет хорошего хлеба, нет гречки, нет моих любимых вафельных тортов и пряников… С этим нелегко смириться.

Самый крупный факап: я попала на деньги, когда слегка поцарапала рядом стоящую машину. Пришлось выложить упрямому мексиканцу 300 баксов. Он меня запугал тем, что вызовет полицию, а у меня не было прав. В общем, моя была вина, да и по-испански я далеко не бегло разговариваю.

С теплотой вспоминаю своих друзей. Люблю вспоминать вечера и Волгу. Иногда дачи моих бабушек. С неприязнью – грязь и пыль, напряжение, которое гораздо сильнее ощущается в этом городе.

em00

XII. Новая Зеландия, Мария Митенкова

В Новой Зеландии три года, до этого полгода работала на американских круизных лайнерах, итого три с половиной года. Уехала сразу же по окончании университета, сначала на круизные лайнеры, потом какое-то время жили в Москве. Когда приехала в Новую Зеландию мне было 23, сейчас 26. На лайнерах работала официанткой, в Москве секретарём. По образованию филолог русского языка и литературы. Год назад поступила в местную магистратуру на сравнительное литературоведение, сейчас пишу диссертацию, работаю на полставки администратором в университете. Одно время преподавала русский язык на вечерних университетских курсах, новая группа пока не набирается – мало желающих.

Главным инициатором отъезда был муж, он сильно хотел и рассматривал самые разные варианты – куда угодно, только не в России. Я не возражала и палки в колёса не ставила. Было любопытно, как там за границей. В конце концов, покажите мне молодого человека, кому не хочется путешествий и приключений. Наш переезд в НЗ до сих пор считаю чистой воды авантюрой, ехали по рабочей визе на девять месяцев, никто нас не ждал и ничего не гарантировал, в том числе трудоустройство. Спустя почти полгода муж смог найти работу в университете, и мы подали на резидентство. Негативного отношения к России лично у меня никогда не было. Моей самореализации никто не препятствовал, наоборот, по окончании университета предложили остаться в аспирантуре, взяли волонтёром на местное телевидение, какое-то время писала в газету. Но всё это были только зачатки самореализации, и на тот момент казалось, всё равно, где её продолжать. Так что уезжала с лёгким сердцем, ощущением, что всё самое интересное впереди.

С первого месяца стало ясно, что работу здесь так просто не найти, тем более с нашими специальностями (муж тоже филолог). К тому же я всё время чувствовала, что мне не хватает английского, хотя на экзамене набрала достаточный балл, что считается для эмиграции проходным. Первые полтора года работала в магазине, кофейне, отеле, параллельно ходила на языковые курсы. За это время самооценка упала очень сильно, казалось, так и останусь в сфере обслуживания, никаких вариантов, где можно было бы найти хоть какое-то применение своему образованию и интересам, не видела в принципе. Уже после того, как получили резиденство, решила продолжить образование по специальности, и думаю, именно с этого момента всё постепенно начало налаживаться: учиться было интересно, подвернулась работа, снова появилась уверенность в себе. Сейчас ни о чём не жалею.

За три года ни разу не ездили в Самару, слишком далеко забрались, чтобы туда-сюда ездить. С друзьями и близкими общаемся через скайп и социальные сети. Сейчас это не проблема, было бы желание общаться. Родители мужа приезжали в прошлом году на месяц, очень понравилось. А совсем недавно к нам приехали две близкие подруги и не просто в гости, но с намерением остаться, сейчас ищут работу.

Если техническая специальность и хороший английский, то советую переезжать сюда. Гуманитариям сложнее. Очень хороший вариант – приехать сюда через учёбу, в отличие от многих других стран, в Новой Зеландии по окончании учёбы есть реальный шанс остаться на законных основаниях. Другое дело, что для иностранных студентов образование мягко говоря недешевое и далеко не каждому по карману. В любом случае, через определенные трудности проходит каждый. Вне зависимости от возраста, образования, уровня английского или склада характера период адаптации всегда сложный.

Новая Зеландия в принципе не похожа ни на одну из стран, где была, и меньше всего на Самару. К тому же в Самаре я жила всего пять лет, пока училась в университете, мой родной город – Ульяновск, где мои родители и родственники и много воспоминаний из детства. Поэтому назову только одно место, по которому действительно скучаю – Самарский Государственный Университет, корпус на улице Потапова, и не спрашивайте, почему.

Пока не работала, много времени уходило на воспоминания, переживания, в голове постоянно крутились события из прошлого, снилось, что возвращаюсь домой, родители, друзья. При этом вернуться взаправду никогда не хотела. НЗ понравилась с самого первого дня и чем дальше, тем больше. Даже в самые тяжелые периоды, было ощущение, что появись хотя бы один-единственный шанс здесь остаться, останусь.
Весь мой период работы в сфере обслуживания – один сплошной факап. Достижение в том, что смогла за это время подтянуть английский и не побоялась пойти учиться туда, где хотелось учиться, а не было бы выгоднее с точки зрения денег или дальнейшей профессии.

С теплотой вспоминаю преподавателей, одногруппников, особенно кафедру русской и зарубежной литературы, своего научного руководителя Николая Тимофеевича Рымаря, девчонок, по соседству с кем жила в общежитии. С Самары началась моя самостоятельная жизнь вне родительского дома, в Самаре познакомилась с будущим мужем, так что этот город навсегда в моём сердце. С неприязнью – грязь, разбитые дороги, стаи бездомных собак, переполненные маршрутки, пьяную молодёжь на набережной. До сих пор считаю Самару одним из самых грязных российских городов, хотя, возможно, и очень надеюсь, всё изменилось в лучшую сторону с тех пор, как я была там в последний раз.

em02

XIII. Испания, Севилья, Настя Сухарева

Живу два в Испании года, сейчас мне 25 лет. Закончила в Самаре архитектурный факультет, сейчас продолжаю учиться здесь, магистратура «архитектура и сохранение исторического наследия». Сейчас не работаю, только ищу вакансию. Найти сложно, но очень хочется. И возвращаться уже не тянет — не из-за того, что в Самаре не нравилось, просто затягивает.

Уезжала с желанием сменить обстановку. Город начинал давить, одни и те же люди, те же эмоции, да и просто хотелось понять, как это жить в другой стране. В Испании отдыхала много раз. И поняла, что это моё. Начала учить язык и загорелась еще больше.
Да не было у меня сильных представлений как все будет, я не ехала за лучшей жизнью, как таковой. Все что я хотела, получила через неделю. Студенты, их жизнь абсолютно такие же и, честно говоря, я не заметила различий даже между людьми. Мы очень похожи. Сейчас да, есть понимание, что страна в еще большем кризисе, нет работы. Но и по этому повод у меня не было иллюзий, что меня все сразу примут с распростертыми объятьями. Но мне здесь уютно.

Сюда стоит переехать. Я живу в Севилье. Это юг. Тут все спокойно, медленно и непринужденно. Испания для русского человека — вторая родина. Правда это только мое мнение. Предостережения: здесь никто не хочет работать и еще, если это кого-то беспокоит, все люди хотят знать о тебе все. Всегда общаются с незнакомцами и рассказывают все о себе. И от тебя хотят того же. Если это не нравится, то сюда лучше и не соваться.

Вспоминаю и люблю «Заволжье». Да и саму Волгу. Тут нет рек, но есть океан. Сильно могу скучать только по Дну, ну и жигулевскому пиву соответственно. Но тут баров не счесть, чего как раз в Самаре и не хватает. Ну и люблю старый центр, я там жила, хочется прогуляться. И, конечно, Прибрежный, просторы, леса, горы. И главное — тут не хватает снега!

Люблю Самару! Первым делом как приеду, побегу чебуреки есть на Аминева, а потом на Дно.

em01

XIV. ЮАР, Лилия Галиева

В ЮАР я живу уже около трех лет. В первый раз уезжала на год, учиться, после чего божилась вернуться. И таки вернулась! Правда, ненадолго. Не прошло и года, как я уже вновь оказалась в Южной Африке. На момент первого отъезда мне было 23 – отучилась в «Педагогическом институте» на факультете иностранных языков, работала репетитором. Конечно, не предел мечтаний при владении четырьмя языками и дипломом с отличием. Но мама — педагог, папа — военный, без связей в профессиональных кругах. Особых перспектив не было. Но была мечта. Мечта об исключительной судьбе, о высокой цели, мечта знать для чего Господь Бог поместил меня в этот мир, и исполнить свое предназначение. Верующим человеком я была давно, но фатальное невезение в поиске работы в Самаре подтолкнуло меня к поиску чего-то большего. С Божьей помощью я отправилась в ЮАР учиться в Библейской школе. Уезжая, чувствовала, как сердце бьётся в пятках. Впервые ступив на Африканскую землю в аэропорту Тамбо в Йоханнесбурге я вдохнула дух приключений и поняла, вот она – сбыча мечт!

Конечно Африка – это совершенно другой мир. Приехав в марте из снежной России, я оказалась посреди Африканского лета, с манго растущими на территории колледжа, обезьянами на деревьях, сногсшибательным ночным небом и чернокожей соседкой из Камеруна. При этом я открыла для себя кучу неожиданных реалий. Люди в ЮАР не просто черные и белые. Белые делятся на две языковые группы – англичане и африкаанс (язык очень похожий на голландский), а черных племен и не счесть, их около 20 и у каждого племени свой язык и культура. Мои друзья в основном оказались африкаанс, но шоком для меня было обнаружить, что быть иностранцем – это не просто иметь красный паспорт. То как мы общаемся, о чем говорим, как шутим – всему этому пришлось учиться, как новому актеру в пьесе, где все уже знают свои роли!
Теперь я приезжаю в Самару раз в год – летом, чтобы не покупать теплую одежду! Общаюсь с друзьями через Фейсбук, мама с папой иногда звонят. Конечно зову всех в гости, все говорят «да, да, обязательно!» Но пока никто не доехал. А зря! Природа в Южной Африке потрясающая, Господь постарался на славу и посмотреть есть на что. В Африке реки как говорится, вот такой ширины, а горы и того пуще!

Если кто спросит, посоветую переехать, только если любишь эту землю! Почему? Просто потому что не стоит делать того, что не любишь. Конечно, в ЮАР есть свои трудности – и нищета черного населения, и преступность. Но африканским детишкам не нужны подачки богатых туристов. Им нужно, чтобы их научили Закону Божьему и Библейской Истине, которая в свою очередь вытащила и Европу из варварства и подняла на тот уровень, где она находится сейчас. Приезжайте и присоединяйтесь к МсМ (Молодёжь с Миссией) (YWAM), где и я работаю миссионером.

А в Самаре, наверное, больше всего скучаю по лавочке у моего подъезда, где мы с подружкой Юлькой сидели вечерами, лузгали семечки и вели задушевные беседы. Тут в Африке для людей это странная идея – семечки лузгать!

То и дело находит ностальгия по колбасе «Докторской», по квасу и настоящему мороженому… Некому спеть со мной «Песенку Бременских Музыкантов» или посмеяться над шуткой из «Брилиантовой Руки». Иногда когда заболею, лежу себе и думаю, эх была бы тут мама, она бы знала что делать… И так хочется, чтобы мама обняла.
Самое большое достижение…даже не знаю. Наверное, просто оставаться верной Божьему призванию и сохранять веру, даже когда совсем нелегко. А самый большой провал. — это когда рассержусь и поругаюсь на кого-нибудь по-русски! Любя, конечно.
Совсем не скучаю по самарским маршруткам, по тому как часто люди грубы друг к другу и по ноябрьской слякоти. Но с особой теплотой вспоминаю Красноглинский пляж, где проведено немало радостных моментов. Лица друзей, костры за Волгой. Старый добрый ПедУн (ныне ПГСГА), где родилось столько надежд. Но надежды даны нам от Бога и мечты сбываются. Не стоит бояться оставить привычное и устремиться к Великому. Доказано на практике!

suka

XV. Камбоджа, Александр Шлотов

В Камбодже живу второй год. Приехал в 30. В России пробовал себя в разных профессиях. Но 7 лет отдал телевидению. Был в зомби-ящике и корреспондентом новостей, автором и ведущимм программы, редактором, режиссером. Людям учившим и помогавщим мне — благодарен, но сама сфера контроля и направления общественного мнения, на несуществующие или искаженные явления мне не интересна.

Сейчас работаю гидом в Камбодже. Общаюсь с живыми людьми, а не с кнопками пульта. Как и прежде на телевидение, так и сейчас рассказываю истории, только отвечать за ложь мне самому.

Постоянным местом жительства я не могу назвать ни одно место на Земле, пока. С самого детства я переезжаю — Москва, Киргизия, Север, Москва, Самара, теперь Камбоджа. Когда меня спрашивают откуда я — мне приходится сразу выдавать всю свою карту странствий — родился в Подмосковье, детство провёл в Киргизии, учился на Севере, потом Москва — Самара и сейчас — Сием-Риап.

Судьба ведёт меня куда-то и я стараюсь следовать её зову. Потому что идти наперекор просто неинтересно. Ну что я сам могу придумать — какую-то глупость или нелепицу, а тут — какая-то Высшая Сила ведёт меня. Главное в этом случае — не проморгать момент, услышать внутренний голос, из сердца.

Ни от чего я не уезжал, мне нравится Россия, в Самаре у меня была замечательная работа на стабильном телеканале, с повышающейся зарплатой и дружным коллективом. Перед самым отъездом, мне собирались поднять зарплату.

Это просто случается.

Встреча, рассказ о Камбодже, внутренний голос — и вот я пакую рюкзак.
Была, конечно, незаметная неудовлетворённость — «всё очень стабильно и предсказуемо». Я не думаю, что поездка в Камбоджу пришла как ответ на это чувство, просто время пришло. Уезжал с ощущением, что снова в потоке перемен, что снова чувствую пульс жизни.

Через три месяца, практически у всех, происходит отрезвление. Спадает первая эйфория от необычной страны, быта и людей и начинаешь трезвее смотреть на окружающее пространство. Но в моём случае — отрезвление происходило по двум каналам. Отрыв от российской действительности и более глубокое понимание действительности Камбоджийской. Я увидел вокруг себя совсем иное, спокойное пространство, в котором можно творчески реализовать отпущенное время.
Опечалило отсутствие молочных продуктов и порадовало обилие фруктов. Да и все эти моменты не столь существенны.

Важнее, что пространство этой страны позволяет спокойнее и проще реализовывать внутренние планы и желания. Без чрезмерного напряжения и войны с ритмом Российской жизни.

В Самаре был в этом году, в следующем году тоже планирую. Фестиваль «Благофест», который мы делаем нашей некоммерческой организацией Jagannath Commutiny, проходит на Самарской земле. Следующий год будет юбилейный. Уже 5-ый год подряд мы отдыхаем, медитируем, танцуем, едим здоровую пищу, занимаемся йогой и саморазвитием. На прошлый фестиваль приехала 1000 человек. Есть куда стремиться. И всё это без спиртного, сигарет и наркотиков.

С родственниками общаюсь по Скайпу и, конечно же, зову их к себе, это вполне реально. Многие друзья уже побывали здесь, в Камбодже и посмотрели Ангкор Ват — самый большой храм в мире. Одно из чудес света.

Переезжать или нет — это личное дело каждого. Кому-то эта идея кажется заманчивой, а кто-то вполне искреннее привязан к своему городу, улице, родным. Все на разных этапах развития. И нет универсального совета. Смотря какие задачи у личности, как и где она может максимально эффективно себя реализовать. Любое место хорошо.
У меня нет никаких достижений. Все мои достижения — это заслуги моих наставников, доброжелателей и учителей. В то время как мои поражения — только мои.
Жизнь в Азии, в её ритме научила меня смотреть на жизнь проще. Без зашкала, с той или иной стороны. Нет ничего очень плохого, нет ничего сверх хорошего. Все эти оценки лишь внутри ума, который тянется к любимым предметам и отвергает нелюбимые. Здесь глубже проникаешь в идею баланса и гармонии. Потому что это не Россия — это там, острые грани, разные полюса и крайности — лютые морозы и жаркое лето. Здесь все ровнее.

Самара никуда не делась из моей памяти — прекрасный город, на берегу любимой реки, где так здорово можно поплавать после работы, и встретить закат солнца на пляже. Все эти теплые чувства остались со мной. Периодически, я вспоминаю, что как-то хотел взорвать Пивзавод, чтобы прекрасная русская порода, которая еще светиться в жителях Самары не истончилась под пивными животами.

Но, опять же, все эти поступки — личное дело каждого. Кто я, чтобы кого-то там судить? Полотно моей жизни пишется сейчас, я лишь кисть в руках Творца. Со своей стороны, я стараюсь не сильно мазать и не ломать гармонию общего рисунка, не всегда это получается, но здесь, это чувство сопричастности и непосредственного контакта острее и тоньше. Так, впрочем, всегда, когда вы чувствуете пульс жизни. Желаю всегда его чувствовать и твердо следовать за ним.

em04

XVI. Мальдивы, Маргарита Ткачева

Все началось с переезда в Москву. Там, отработав год (сначала дизайнером штор, потом фотографом), я взяла билет в Индию и уехала. Ритма столицы не выдержала, люди там суровы и не улыбаются вовсе. Хотелось вырваться из этого «механизма», честно говоря… Все заработанные деньги уходили на оплату жилья, еду и проезд, забавно… Не хватило напора, а может таланта. Подумала, раз меня не держат семья и учеба, поеду путешествовать. На тот момент мне было 23 года. Уезжала в восторге, ведь я ни разу не видела моря и вообще нигде не бывала. Надеялась, если рискну, то всё измениться к лучшему.

В Индии прожила год, работала над разработкой флаеров для вечеринок, фотографом, художником (роспись байков и стен) и снималась в массовке в индийском кино. Путешествовала, как и хотела, проехала от юга до севера на мотоцикле семь штатов Индии. Каждый из них как другая страна. Впечатлений было на целую книгу. В Индии я встретила будущего мужа. Он наполовину мальдивец, наполовину русский. Мы переехали на Мальдивы (24 года мне было). Буквально после месяца на Мальдивах мне стало тоскливо. Чувство, что я на кусочке рифа (даже не земли) в открытом океане угнетало. За два часа можно обойти кругом остров. Мы жили в столице – Мале. Дома там стоят очень плотно, кругом асфальт, скутеры, машины, температура невыносимая, купаться в бикини запрещено (мусульманская страна). Я запаниковала — убежала из одной суеты в еще большую, да еще и в жару. Начала делать майки со своими рисунками, хоть как-то себя занять, долго отдыхать очень скучно.

Через пару месяцев мы покинули Мале и уехали на остров (Кулудуффуши), в деревню, там даже дорог асфальтированных нет, мало людей, большое поле (у нас такое хобби-пускать кайты, нужно много места), чудесный риф с морскими жителями, необитаемый остров по соседству. Мы начали учить местных детей пускать кайт и радиоуправляемые самолеты, как собрать и то и другое, рисованию, управлять каяком и виндсерфом, жонглированию. В общем, поскольку остров маленький, три школы всего, никаких музыкальных и арт школ нет, так что у нас что-то вроде кружка для детей.

В Самару приезжаю раз в год. Иногда чуть реже. Переписываюсь с друзьями постоянно, общаемся по скайпу… Русскоязычного общения, конечно, не хватает. Но спасают книги. Некоторые из друзей приезжали на острова, мы делали что-то вроде пионер лагеря для взрослых. Со спорт-занятиями, походами, но эта идея провалилась, к сожалению. Наверное, терпения не хватило.

Желающим переехать я бы посоветовала сначала попутешествовать. Возможно, пожить в какой-то стране хотя бы несколько месяцев. Ведь жизнь в Индии, Шри-Ланке, Мальдивах, Непале совсем не такая как в России. По-моему всегда интересно что-то новое.

К сожалению, ни одно место, где я бывала и жила не напоминает Самару. Может поэтому иногда мне очень хочется телепортироваться на набережную Волги, погулять по лесам с березами.

Первое время за границей очень не хватало привычной еды. Ведь пальмы, пески и море надоесть не успели. А вот острая пища мне не по душе. Не хватало общения именно на русском языке, на английском я еще не могу выразить все
Когда мы приехали на остров Кулудуффуши, там был очень грязный пляж-бутылки, пакеты. И я стала каждый день выходить и убирать. Люди смотрели с недоумением. С любопытствующими проводила беседы. Смастерила табличку «Island your home, keep it clean». Через неделю был субботник и рядом с моей табличкой появились другие, на дивехи (это местный язык). Было приятно, что люди откликнулись. На острове стало куда чище.

Часто вспоминаю ночную Самару, мы любили с друзьями гулять. Яркие огни, безлюдные улицы, одинокие машины. Скучаю по природе и смене сезонов. Ведь на Мальдивах сплошное лето, а новый год без ёлки и снега вообще не праздник. С неприязнью вспоминаю бесконечные пьяные компании. Рада, что здесь сухой закон и люди радуются просто так, без допинга.

Часть I

Комментарии: